Дальше больше. У учителей создалось две коалиции. Брунхилд Бруновсеки настаивал на том, что я и так пострадала — он первым осмотрел меня и убедился, что крылья мне были вживлены, а не росли с самого начала. И он же первым поставил мне оценку по своему предмету, между прочим, отлично. Некоторые немедленно поддержали декана транспортников, другие оставались на стороне ректора, который пошёл на попятные и говорил о том, что, может, меня и не нужно выгонять, но и поощрять меня не за что.

— Он сделал ловушку на эльфов из университета, я попала в неё, хотя избегала этого всеми силами, — прошипела я как раненый дракон. — И я же ещё виновата! ненавижу его!

Виора смотрела с сочувствием.

— В любом случае, ты жива и скоро будешь здорова, и без этих ужасных крыльев, — попыталась утешить она меня. — Кстати, тебе они нужны?

— Забирай, — я даже смотреть не стала на мерзкие крылья. — Делай с ними что хочешь, хоть съешь. Мне всё равно.

По тому, как смущённо потупилась Виора, я поняла, что тему лучше не развивать. Никак не привыкну, что моя соседка не обычная девушка, а ламия!

— Ты отдыхай, — Ворс нервно оглянулся, услышав шум за дверью. — Ешь побольше. Завтра пообещали пустить нас всех, если ты будешь чувствовать себя лучше.

Я схватила его за руку.

— Наговори чего угодно, но сделай так, чтобы не пустили Риорда, — попросила я. Теперь, когда место, где мы заключили договор, разрушилось, я могла говорить о том, что он эльф. Но что толку? он тоже мог рассказать всем, что я невеста Эрихха.

А я не хотела сейчас даже думать о разговоре с Фроктейном, который вдруг обнаружил, что именно я его невеста.

— Даже не сомневайся, — серьёзно ответила подруга. — Сделаю всё, чтобы тебе не пришлось с ним встретиться, пока ты не восстановишься.

Я ей благодарно улыбнулась и осторожно откинулась на подушки, надеясь, что раны не откроются слишком сильно и я не испачкаю ещё и эти простыни.

За нашими разговорами еда постепенно закончилась, и я вернула Ворсу тарелку, больше похожую на поднос, а вот вилку и столовый нож я сунула под подушку под внимательными и понимающими взглядами друзей. Просто на всякий случай.

После плотного обеда — или это был ужин? — мой обессиленный организм потянуло в сон. Глаза слипались, и друзья понимающе покинули комнату.

Но для сна было не время. Я потрясла головой, избавляясь от приступа сонливости, и наконец взяла свою сумочку. Проверять все вещи у меня не было ни времени, ни желания. Меня интересовала лишь одна вещь — моё зеркальце.

Немного с опаской я вызвала Геса. Вдруг он всё разболтал родителям, и теперь вопрос времени, когда они заявятся? Или у него забрали зеркало и возможность с ней общаться, или...