Мы попытались. Зонды, оружие и прочие меры воздействия давали выброс плазмы, но только дальше нескольких километров она не уходила, гравитация возвращала то, что мы пытались отобрать.

— Придётся лезть в центральный шар, — вздохнул я. — Этот же кусок как-то долетел, значит, есть возможность ими управлять.

На самом деле, и так было понятно, что нужный нам недостающий элемент находится в центре системы, только оставили его напоследок, когда все другие варианты испробовали. Три звезды на таком близком расстоянии, с температурой поверхности в сотни тысяч градусов и жёстким излучением, делали центр своих орбит уж очень негостеприимным местом. Оставалось только выбрать, через какой из входов нам туда попасть — на поверхности шара было шесть отверстий, и все они были одинаковыми.

Носитель мог пережить многое — даже долгое нахождение в кроне светила, отражающее покрытие, активирующееся при необходимости, не давало проникнуть внутрь корабля любому известному излучению. И все равно, проходить возле несущихся на огромных скоростях, по совершенно непредсказуемой траектории звёзд было рискованно. С одной из них мы чуть не столкнулись, отражение отражением, а гравитацию никто не отменял, и была она здесь просто чудовищной.

— Мы испытывали корабли возле нейтронных звёзд и магнетаров, результат был пятьдесят на пятьдесят, — Менса отслеживала показатели наполнения щитов, — для белых карликов риски меньше, но все равно, ещё раз я туда не полезу.

Наш полукилометровый шарик проскочил к пятисоткилометровому, и свободно влетел в одно из отверстий, центр орбит тоже вращался, хоть и не так быстро, как его спутники. Отверстие было затянуто точно таким же барьером, как и сама система, так что своё положение мы ухудшили — теперь предстояло выбираться как-то и отсюда тоже.

Внутри шар был полым и практически пустым — между пятикилометровой внешней оболочкой и другим, крохотным по сравнению с внешним, внутренним шаром было почти двести километров, влетели мы достаточно быстро, щиты, которые выставила Менса, позволяли гасить импульс без вреда для начинки аппарата, в том числе для людей и мутантов, зафиксированных в толще конструкций. Врезаться мы не врезались, пространство между внутренним и внешним шарами было заполнено чем-то вязким, причём не на материальном уровне. Но скорость снизилась почти мгновенно.

Корабль что-то подхватило, и потащило в сторону. Зу Маас-Арди хотела отсечь захваты, но я её остановил. Тянуло нас недолго, через несколько минут носитель завис возле ещё одного прохода, только уже ведущего внутрь второго шара.