И хотя никакой ауры в воздухе не возникло, Гюсто аж побледнел от страха. Этот Кён посмел разгневать патриарха! Таким серьёзным он его ещё никогда не видел.
Кён никак не отреагировал на провокацию, так как видел, что гнев этот напускной, и, бесстрастно пожав плечами, сказал: «Слышали когда-нибудь поговорку: „платят той же монетой“? Уверен, что слышали. Так вот, небольшая организация, про незаконность которой вы деликатно умолчали — это ничтожная цена за попытку отнять мою свободу. Но я человек разумный, и столь символической оплаты мне было достаточно, чтобы забыть все наши разногласия, всё-таки становиться заклятым врагом для семьи, по богатству уступающей только Вальдерам, пожелал бы только ненормальный.»
Мерцающая голова толстяка мгновенно растеряла былую суровость и с прищуром посмотрела на юношу, будто пытаясь разглядеть в нём что-то, затем оглушительно расхохоталась: «А-ха-ха! А ты мне нравишься, мальчик! Твоё умение твёрдо держать свою позицию — это то, с чем я уже давно не сталкивался. Стоит любому моему собеседнику узнать, кто я, как все сразу же мочат штанишки, аж бесит. Но ты не такой! Что ж, я не ошибся в выборе… Ты достоин стать Булковым!»
«Эм… Вы хотите меня усыновить?» — удивился Кён.
«О, ну, не совсем… Видишь ли, однажды тебя усыновили Стоуны, и повторное усыновление общественность воспримет не так, как нам бы того хотелось. Другое дело, если ты станешь Булковым, женившись на моей дочурке Белле! Вот тогда совсем другой разговор…» — как бы «невзначай» намекнул патриарх о своём условии.
У Гюсто аж перехватило дыхание. Глава Булковых, безмерно любящий свою младшую дочку, действительно решил отдать её столь неоднозначному парню⁈
«Свадьба, значит… Кхм.» — у Кёна запершило в горле. — «Господин патриарх, вы же понимаете, что я уже женился однажды на демоне? Вам это точно не понравится…»
«Плевать!» — воскликнул разгоряченный Бажен. — «Никому и в голову не придёт заподозрить, что ты и Сруль — один человек, поэтому все будут считать, что Белла твоя первая жена. А когда все узнают, к какой семье присоединился посланник богини, авторитет Булковых и вовсе взлетит до небес!»
«Да, но в моём сердце…»
«В твоём сердце она займёт уж всяко больше, намно-о-ого больше места, чем жалкая демоница! Да ты думать ни о ком не сможешь, кроме Беллочки, а-ха-ха!» — уверенно рассмеялся Бажен. Казалось, он был убеждён, что его дочка — ангел во плоти.
Пробивной характер матёрого патриарха поражал всякое воображение. Вот оно, качество личности, необходимое для главы великой семьи. Похожим характером отличается Диана — его приемная мать, что в своё время заслужила уважение Кёна.