Не понял, император дает добро на прожект Максимилиана и готов назначить меня ректором? Быть не может! Я же вел себя достаточно нагло, вызывающе и независимо!

— Удивлен? — усмехнулся Коршунов. — Александр, пойми, мне вот тут уже, — он ударил себя ребром ладони по шее, — подхалимы и аферисты всех мастей! Или думаешь, что различных предложений не поступает? Раскланиваются и расшаркиваются, готовы поклоны земные бить, лишь бы золото выделил. И зачастую добиваются своего и начинают из казны тянуть. Одна беда, — он загрустил, — не представляю, как ты разберешься со своей помощницей. Не пара она моему сыну!

— Натали и Максимилиан взрослые люди, — хмыкнул я. — В обиду девочку не дам, уже говорил, что она мне названная сестра и состоит в моем клане.

— Как ты ее назвал? — рассмеялся император. — Девочка? И в тоже время взрослая и самостоятельная? Господин Воронов, а ты весельчак! Про наследника-то дам такую же характеристику, в особенности, когда эти двое вместе, то ведут себя словно котята неразумные. Ладно, шутки в стороны, — Степан Васильевич посмурнел. — Меня не интересует как, но они должны разойтись. Сделаешь, тогда получишь мою поддержку, тем более что сказанное тобой пойдет империи на пользу, если не соврал.

— Тогда не договоримся, — спокойно произнес я.

Император вспылил, грохнул кулаком по столешнице. Как только та не сломалась надвое? Привстал и из его глаз полыхнули молнии. До меня они не долетели, растворились в воздухе, но энергии в кабинете стало намного больше.

— Перечишь⁈ Да кто ты такой⁈ — гневно посмотрел на меня император.

Опять на слабо берет или на самом деле самоконтроль потерял?

— Ваше императорское величество, этак вас удар хватит, — покачал я головой. — Меня вам не убедить и не запугать. За баронессу заступлюсь, если на нее окажется давление, Максимилиана поддержу, так как считаю его своим другом. А что касаемо интересов империи, то они переменчивы, а жизнь одна. Политический брак распадется в случае выгоды той державы, которая увидит в этом свою пользу. Пожертвовать сыном или дочерью для высших целей далеко не ново. А каково им будет жить? Говорить, что у них такая обязанность перед лицом страны и Богом? Пройдет поколение и о жертве забудут, а вот положительно ли это скажется для империи? Не уверен, — махнул я рукой. — Если в семье раздор, то на окружающих он скажется, в том числе и на всю страну.

— Главы кланов не поймут, народ осудит и готов ли ты обречь на такую участь Натали? — зашел с другого бока император.

Подозреваю, у него еще имеются козыри, но он их приберегает.