Похоже, кто-то перенял идею организации дуэлей в университете или посчитал, что так со мной легче справиться. Я почувствовал на себе чей-то обеспокоенный взгляд. Оглянулся и увидел на балконе замершую и бледную Софи, рядом с которой находится император, хмуро выслушивающий Максимилиана. Степан Васильевич не вмешивался в происходящее, предоставив все решать приближенным или вовсе пустить на самотек. Где-то в толпе придворных и гостей находится Натали, но с ней должна быть Минако, поэтому беспокоиться не о чем. Удивительно, но секундантами вызвались стать два поручика из охраны резиденции. Как оказалось, то это входит в круг их обязанностей, если случается такие происшествия.

— Александр Иванович, если не уступите, то попадете в немилость к императору. Случись ваша победа и Степан Васильевич способен вас отослать из столицы за тысячи километров без права возвращения, — произнес мой секундант.

— Поручик, а как вы считаете, лучше поступиться честью или впасть в немилость? — поинтересовался я.

— Соглашусь, — кивнул тот, — от оружия в бою за державу погибнуть дорогого стоит. На дуэли это не так значимо, но честь превыше всего.

— Вот-вот, — покивал я. — У моего противника шпага точно такая же? Есть какие-нибудь запреты, о которых следует знать?

— Граф Минин настоял на особых условиях. Если противник оказался без сознания, то его нельзя добивать, а все остальное разрешено, кроме магии, в том числе защитной и целебной. Разумеется, речь про то, когда дуэль происходит, — подумав сказал поручик.

Хм, дуэль на смерть? Что-то такого и ожидал. Многим при дворе не понравилось быстрое укрепление моего клана. В том числе и баронессу таким образом от Максимилиана задумано отлучить. Беспроигрышный вариант, чем бы дуэль не завершилась. Я снял пиджак, подошел и повесил его на подстриженный куст, потом развязал шейный платок и остался в одной рубахе. Ну, штаны на мне, как и ботинки. Минин пока еще в офицерской форме и с кем-то весело переговаривается, выпячивает грудь, приглаживает усики и всячески пытается привлечь внимание дам. Граф на меня злобно поглядывает, время от времени посматривая в сторону балкона, где находится император, княжич и княжна. Почему-то нет больше никого из семьи императора. Аура у Софи мечется в панике, девушка закусила губу, дышит нервно и не обращает внимание на брата, пытающегося ее незаметно успокоить. Мой соперник небрежно скинул китель, сделал несколько взмахов шпагой и злобно оскалился.

— Примирение? — задал вопрос еще один поручик, выполняющий роль судьи.