Вот показались уже более целые бойцы: уставшие, грязные, местами в крови, но явно не своей. Они сразу же меняют раненых на огневом рубеже флангового огня и занимают позиции под прикрытием здания, помогая огнем куда-то назад, где осталась группа прикрытия, обеспечивающая отход остальных.

В проходе мелькнула юркая тень, которую не успевают срезать автоматной очередью. Она прыгает на стену и делает несколько скачков по ней, осыпая остатки отделочных материалов стены. Я успеваю перехватить ее и сбиваю со стены, попадание не смертельно, но упав и замешкавшись буквально на секунду, тварь получает очередь сразу от нескольких бойцов и затихает.

Последними сквозь проход потянулись пулеметчики и остатки щитоносцев. Вот только это все оставшиеся из взвода Центурионов, трех взводов курсантов и отделения псиоников. И это только те, о ком я знаю! А ведь был еще десант на наш участок обороны. И из всей этой толпы осталось человек двадцать, половина из которых ранены. Псионик, так вообще остался один но, судя по тому, как он передвигался, тоже находился уже на грани истощения. Однако все же умудряется еще раз развернуться и выдать полупрозрачный серп по наступающим монстрам, перерубая сразу пару десятков тварей, после чего делает два шага и заваливается вперед, но не успевает достигнуть пола, как его ловят руки бойцов и оттягивают назад.

— Глаз, отходите, мы прикрываем! — вышла на связь Ласточка.

— Прости, пернатая… кхе-кхе… — раздался из динамиков хриплый кашель Глаза. — Я ранен… Тяжело… Остальные уже погибли, так что дальше пока сама…

Как к этому отнеслась Ласточка, было не понять. Она ничего не сказала, а просто добила остатки энергоячейки для автомата, тоже взяла в руки винтовку и продолжила отстреливать тварей сидя, используя собственное колено в качестве подставки под руку. А вот я ощутил лишь грусть… не знаю, надломилось что-то во мне, или я просто начал привыкать к смерти вокруг. А может это вообще включился защитный механизм моего сознания, но их смерти уже не вызывали столь яркой реакции, как смерть Старта или тем более Коша.

Вторая линия обороны оказалась метрах в ста у нас за спиной. Встречал нас десяток инженеров, успевших за время боя установить пару минных полос и полтора десятка автоматических турелей. Справа и слева от нашего участка инженеры успели тоже подготовиться, и если слева остатки группы тоже отступали, то справа это было уже некому делать.

Устало стянув с себя шлем, зарядил последнюю энергоячейку в винтовку и обвел взглядом остатки бойцов. Из моего отделения выжил только Пулик, который сейчас срочно менял ствол пулемета, пока турели удерживают поток монстров, давая нам пару минут перерыва. Да еще Седой, правда, тяжелораненый и уже не способный вести бой. Сложно это делать, когда одной руки по плечо нет, а от второй откушена кисть. Но ему успели остановить кровотечение, благодаря чему и выжил. И все равно, даже если бы руки были на месте, сейчас он не боец.