Женщина, укутанная в платок, кивнула и мигом унеслась на кухню.

Через десяток минут нам принесли два огромных блюда с вареным мясом и репой, а также еще печеную речную рыбу и кувшины со свеже сваренным темным пивом.

Как только мы расправились с едой и откинулись от стола, рядом с нами появился хозяин здешнего заведения, краснощекий здоровяк с большим пузом, одетый в красную рубаху.

— Могута, ты расплатился? — поинтересовался я у брата.

— Только за ночлег, цену ломят, — цыкнул брат и не очень добро посмотрел на здоровяка, но тот сделал вид, что не заметил.

— Вам все понравилось? — поинтересовался невзначай хозяин заведения.

— Да, было сытно, — кивнул я и начал развязывать тесемки на кошельке, а после выудил оттуда семь серебряных и протянул хозяину. Он с удовольствием принял монеты, а после того, как увидел, сколько я ему дал, вопросительно на меня посмотрел и заговорил:

— Э-э, здесь много. Может, еще чего хотите?

— Это за всех моих, — и я обвел зал рукой. — За три дня.

Хозяин немного скривился, но все же кивнул и покинул нас.

На что я лишь улыбнулся, три дня кормить толпу здоровых мужиков с хорошим аппетитом за семь серебряных. Так-то цена честная, но, видимо, хозяин общепита был не особо со мной согласен, плевать, его проблема.

— Сейчас к князю? — снова поинтересовался Гостивит.

— Не-е, смысл, к князю идти. Он сам или его ближники наверняка в лагерь отправит нас, где люди собираются, так что нечего зря ноги топтать.

— Понятно, — разочарованно протянул друг.

— Коли поели, пойдем, нечего засиживаться. Могута, ты с нами? — поинтересовался я у брата, тот кивнул, поднимаясь из-за стола.

Выйдя из зала, мы нестройной толпой направились вдоль реки в сторону лагеря. Парни делились своими впечатлениями.

После недолгой прогулки лагерь показался впереди, прям день воспоминаний какой-то.

Цыганский табор на выпасе, промелькнула у меня мысль, очень уж все было похоже на наш лагерь в детстве, когда мы готовились к испытанию мужества. Масштаб был другой, но очень уж похоже, никакой нормальной организации, многие были сами по себе.

Огромное поле, укрытое зеленой травой, на котором разместилось, на мой взгляд, не меньше тысячи человек. Где-то стояли шалаши, а где-то шатры и палатки, кто-то разместился и вовсе под открытым небом. Туда-сюда сновали люди, кто-то маялся без дела, а кто-то готовил еду на костре.

— О, драка, — и рядом идущий Дален указал в сторону, где действительно происходила драка, в которую включалось все больше народу. И вот уже дерутся пять на пять, жестоко, с остервенением мутузя друг друга. Рядом находящийся народ улюлюкал и поддерживал дерущихся криками.