Все заржали. Как сразу заговорили, Игорёша, уже не боятся. Хотя это ещё как сказать, ведь на входе обыскали. Ну, я думаю, они рано радуются. В любом случае, у меня во всём этом свой интерес.

— А получше балтики, — сказал другой бандит. — Местное-то вкуснее.

— Главное, водку их не пробуй, спирт галимый китайский…

— Тихо, — Череп хлопнул в ладоши. — Волков же ты? Ну давай, о деньгах.

— Да, — я положил руки на стол. — Дело вот в чём. Один мой знакомый занял у твоих парней два косаря зелени.

— Ну, — он нахмурился. — Пусть отдаёт.

— Он и не против. Но твои парни назад не принимают, хотят больше.

— Погоди, — короткостриженый мордатый парень, который с хрустом разрывал солёную рыбу, сощурил на меня глаза. — Очкарик тот? А чё он хотел-то ещё? Череп, прикинь, он спрашивал, сколько мокрушник стоит.

— И кого это он грохнуть думал? — сурово спросил Череп.

— Да барыгу одного с рынка. Но какая разница — главное, это принцип, — мордатый ударил кулаком по столу. От братка сильно разило пивом. — Это что, любой лох-очкарик может прийти и заказать уважаемого человека? Ты сам должен быть не менее крут, чем тот, кого ты замочить хочешь! Вот и наказали его.

— Этот уважаемый человек, — спокойно сказал я. — Ребёнка сбил на машине, и нихрена ему за это не было. Но я не про это пришёл говорить, тем более, он с рынка, не ваш.

— Пока не наш, — тихо, с заметным хвастовством в голосе, сказал Череп.

— Что там дальше будет — это как Ярослав решит. Но вот то, что вы его на бабки поставили — это не правильно.

— А ты-то откуда знаешь, что правильно, а что нет? — возмутился мордатый. — Погоди, а это не ты с пивзаводом чё-то мутил?

В зале стало тише, на наш стол поглядывали. Череп с подозрением посмотрел на меня. Жарко в зале, не вспотеть бы при всех. А то подумают, что боюсь. Но я спокоен, даже сам себе удивляюсь.

— Тебя и Студент знал, — сказал он. — Он же мне про тебя рассказал. Хотя, говорят, тебя Фрол замочить хотел, но им всем сейчас не до этого. Кто к нам пойдёт, а кто в лесок прогуляться отправится.

Братки засмеялись, поглядывая друг на друга с хитрым видом.

— С пивзаводскими я разговаривал, — произнёс я, всё ещё очень спокойно. — Потому что барыга, который им за крышу платил, беспредельничал, хотел зал у моего тренера отжать и меня самого подставить. Вот я и обсуждал с ними это, вот так же, как сейчас с тобой. Пришёл к Крюкову и сказал, что и как. Всё и порешили.

— Ну надо же, — Череп отпил из кружки. — Решала ты, что ли?

— А теперь вот парни твои человека на бабки поставили, хотя он был готов всё вернуть, как договорились, с процентами. И вот что предлагаю. Деньги я передам прямо сейчас, столько, сколько договорено было раньше. Взял вчера, вернул сегодня. Сто баксов сверху, как проценты, вы же не просто так их даёте. Но на этом всё, расходимся. Вы ничего не потеряли, деньги вам вернули. А с барыгой тем как-нибудь уж решим сами. Официально или нет.