— Ладно, Волк, — Студент хлопнул ладонями по столу и поднялся. — Переговорю с нашими и сразу тебе звякну.

— Договорились.

Чита, областная психиатрическая больница

В палате было четыре места, заняты были все. Эдику полагалось лежать в отдельной палате, так как по нему проходила экспертиза, но отдельных палат не было, его положили в общую. Всё равно на ночь запирали всё отделение.

У окна лежал Эдик, у стены недалеко от него Андрей, девятнадцатилетний парень, направленный сюда военкоматом для проверки, косит он от армии или нет.

Ещё здесь находился Павел Петрович, толстый железнодорожник, прозванный Литровичем. Он был алкоголиком, у него от пьянок срывало крышу, а когда его выпускали, он почти сразу же уходил в новый запой и вскоре возвращался в больницу.

А у самого входа на кровати лежал Чухан. Настоящего имени этого пожилого больного никто из пациентов не знал, на ночь его привязывали к кровати, а в рот вставляли кляп, чтобы не орал. По ночам он буйный, но за ним никто не присматривал. Раньше под него стелили клеёнку, но в последний месяц это ни разу не пригодилось. Худой мужчина с редкими седыми волосами косил глаза, смотря на игру, но карты в руки ему никогда не давали.

— Вот бы мне так научиться, Эдуард Владимирович! — восторженно сказал Андрей. — Ты столько всего знаешь.

Эдик только что взял колоду карт и начал так быстро их перетасовывать, что они просто размывались у него в руках. Потом он начал их раскладывать на кровати перед собой.

— Был у нас один талант, — сказал Эдик. — Учил меня по молодости один. Там времени много, чему хочешь научишься. Но лучше в шахматы играй, полезнее.

— А я в дурака бы сыграл, — вздохнул Литрович. — Да ты же меня опять без штанов оставишь, Эдуард Владимирович.

— Кляп лучше проверь, — Эдик показал на связанного. — А то опять ночью орать будет.

Литрович вскочил на ноги и быстро проверил, как держится тряпка и ремни. Чухан замычал, обречённо глядя на всех, но его не слушали.

— Закругляемся, Эдуард Владимирович, — к ним заглянул санитар. — Отбой, проверка скоро будет.

— Всё, — Эдик взял колоду, провёл по ней пальцами, и колода исчезла в его рукаве так, что никто этого не заметил. — Вертухай пришёл, всю малину нам испортил, сворачиваемся.

Андрей очень громко засмеялся и сразу улёгся. Свет вскоре погас, через несколько минут оглушительно захрапел Литрович.

А вот Эдик не спал. Только через пару часов, когда он убедился, что за ним не смотрят, он подошёл к двери, вытащив из шва в рукаве заколку, которую ему принёс один из психов.

Но когда-то тонкие и чуткие пальцы щипача никак не могли справиться с такой простой задачей. Эдик не был профессиональным медвежатником, но он любил учиться чему-то новому на зоне, и научился вскрывать такие замки легко.