Вообще мне часто поминали про тот фильм, что должны были снять, про бомбардировщиков, где Олег Даль сыграл. Песни из него часто звучали по радио. А тут в этом году и сказал, что начались съёмки. А в конце июня, мне якобы передали уже смонтированный фильм. Готовят к показу. И мы лётчики, да вся дивизия, даже командующей нашей воздушной армии был, посмотрели его первыми. Командующий к слову ни один фильм не пропустил, что я «доставал» через свои каналы. Фильм конечно потряс. Понравилось, многие зашептались, а можно ли на самом деле ликёр такой сделать? Комполка им кулак показал. Хотя многих до слёз довёл фильм. Хорошо играли актёры. А вторым фильмом, через неделю, «В бои идут одни 'старики»«. И тут, уже фильм про нас, истребителей. Потряс не меньше. Тем более цветной был. Кстати, у меня на плёнке и мультфильмы были. Показывал, и смотрели с не меньшим интересом 'Летучий корабль» или «Бременских музыкантов». На ура шли. Мне даже квартиру в Москве дали как трижды Герою. Всё хорошо, но вернёмся к количеству сбитых. Я сбиваю, а записывают не на меня, а на общий счёт группы. Как так? В штаб иду, а там говорят, сбитые есть, это так, но записать на тебя не может. Докажи, что твой. Трёх летчиков привёл, что видели это. А штабные, мы не можем записать их показания, мы им не верим. Плюнул и связался со знакомыми в отделе кадров управления в ВВС. Мартынов давно воюет в штабе одной из воздушных армий, но и другие контакты были. И меня перевели в другой полк, с моим ведомым. Год я воевал в полку, тот часто наименования менял, но я ему не изменял. Меня предали, и я от них ушёл. Ох как меня отпускать не хотели, комполка уговаривал, даже обещал вернуть сбитые, по правде оформить, но я ушёл. Другой фронт был. Там летать начал, историю командованию полка рассказал, заверили, у них такого не будет. Ага, двадцать сбил, воюя в составе их полка, и там пошли задержки, приписки другим моих сбитых или на общий счёт.

А я не понимаю, что происходит. Прямо начал вопросы задавать, вот и шепнули. Приказ сверху, Политуправление воду мутит. Слишком много сбиваю, уже сотня. Трижды Герой. Что, чёртовую давать? А ничего не треснет? Вот и решили так притормозить меня и приписывать моих сбитых другим. Ушёл из этого полка. Пока в третьем, тоже новый фронт. На юге воюем. Жду, но пока таким не занимаются, но чую это ненадолго. Мой ведомый, так меня и не предал. Отказывался уходить, даже эскадрилью ему предлагали, всё же сорок восемь сбитых на счету имел. Но тот всегда прикрывал мне спину. Вот и этот вылет был не простой, мы летели к переправе. Я в курсе, нас от таком предупреждали, что эту переправу будут бомбить наши «пешки». Примерно в такое-то время те у моста будут. По сути я «пешки» использовал как приманку. Не в первый раз, постоянно. И не прогадал, были «мессеры», на отходе наши пикировщики настигли. А вот тут мы из-за облаков, четыре пары, работая парами, атаковали. Сразу три «худых» пошли к земле, из них два горели, и завертелась неразбериха воздушного боя. «Пешки» же благополучно уходили. Я второго сбил, а тут сотрясение, взрыв, ранение. С чего это зенитки огонь открыли, когда их самолёты тут были? Пришлось выходить из боя и тянуть к своим. Командование боем передал капитану Баранову, командиру второго звена, тем более он мой зам. Думал не дотяну, движок вот-вот встанет, мотор перегрет, датчик за красной линией. А тут выключил, и начал парить, высоты хватило, хотя дальности сканера не дотягивало, всего тысяча шестьсот метров, но на подлёте всё видел, и смог посадить самолёт. Шасси штатно вышло, пусть одна покрышка порвана, потрясло и истребитель в бок тянуло, но притормаживая, смог удержать машину, и встал. Ещё хватило ударить по запору, но колпак заклинило. Помнил, как парни, прибежав, инструментами били, вскрывали колпак. Да стекло разбили, оно всё равно побито осколками, но что дальше уже не увидел, уплыл в беспутство.