Мы вышли вместе из комнаты для допросов, и первое, что я увидел в коридоре, — это испуганную до ужаса Машу, стоящую перед крупным мужчиной со шрамом, проходящим от левого виска через щеку ко рту. Он придавал и так жесткому, будто вырубленному из камня лицу какое-то запредельно жестокое выражение. Плюс глаза, серые, холодные, будто пронзающие душу. Неприятный тип, мало того что явно опасный, так еще смотрит презрительно, будто на плесень. И, словно подтверждая мое мнение, мужик с размаху отвесил девушке пощечину такой силы, что ее буквально смело на пол.

— Гребаная сука! — шрамированный шагнул вперед, намереваясь пнуть ее в живот. — Как ты могла дать показания против своих же⁈

— Надо же, кто тут у нас, — на удивление, Апрашкин остался спокоен. — Неужели глава гильдии «Темный путь» Мартын Лапшин? Охотник В-ранга, которого за нападение на товарищей изгнали из гильдии «Серебряный конь». А вам смелости не занимать, раз позволяете себе такое поведение в здании Ассоциации Охотников.

— Хочешь проверить мою смелость, писаришка? — Лапшин среагировал мгновенно, быстрее, чем я смог уследить, оказавшись перед дознавателем, нависнув над ним со сжатыми кулаками, которые начали покрываться костяными шипами. — Со своими людьми я могу делать все, что захочу!

— В рамках уголовного кодекса, — совершенно невозмутимо отозвался Платон Назарович. — Кроме того, на время проверки деятельность гильдии «Темный путь» приостанавливается и все контракты, заключенные ею, замораживаются. Вот соответствующее распоряжение.

— Ты не посмеешь! — прорычал в лицо дознавателю взбешенный Охотник. — Только попробуй и…

— Посмею, — желчное лицо Апрашкина скривилось в надменной ухмылке. — Уже посмел. И, если подтвердится факт принуждения при подписании договоров, они будут аннулированы. Все договоры, когда-либо заключенные гильдией. Так что советую заняться наведением порядка у себя дома, а не пытаться запугивать представителей власти.

— Ты об этом пожалеешь, — кулаки Мартына полностью покрылись костями, но нападать он не стал, может, потому что к нам уже спешила охрана. — Вы все об этом пожалеете. И ты, — палец ткнулся мне в грудь, и, если бы я не отшатнулся, как минимум сломал бы мне ребро. — Ты ответишь за смерть моих людей. Ходи и оглядывайся.

— Да я и так всегда настороже, — я не то чтобы хотел понтануться перед по-настоящему опасным типом, просто не сдержался. — Но спасибо за предупреждение.

Лапшин ничего не ответил, лишь обжег меня взглядом и стремительно удалился, едва не столкнувшись с охраной, но те расступились, пропуская Охотника. Я же шагнул к Марии, помогая ей подняться. Судя по выражению лица, ей не впервой было терпеть избиение, но вот заступались за нее явно нечасто. Так что сейчас она огромными глазами смотрела на Апрашкина, словно не веря, что все закончилось.