По спине хлестанул длинный язык, усеянный острыми шипами, но не сумел пробить броню D-ранга. Да, на защите я не экономил и правильно делал. Илистый зубар, буквально мгновение назад вынырнувший из бочага, недовольно заквакал и потянул язык назад. Как и положено жабе, жертв он предпочитал ловить из засады, буквально насаживая на шипы длинного и гибкого языка, которым плевался более чем на десять метров, а потом нырял снова в ил, на глубину, переваривать. Но второго шанса я ему предоставлять не собирался.
Зубар был быстр, но я все же быстрее, а главное, моим оружием был шипокол — помесь меча и копья. Так что кровожадный хвостатый жаб не успел втянуть язык полностью, как я рубанул по нему, начисто срезая шипастое навершие. Теперь главное оружие монстра было бесполезно, только вот менее опасным он от этого не стал. Скорее наоборот, рана взбесила илистого зубара, и он противно заорал, в полной мере демонстрируя, за что ему дали такое прозвище.
Пасть распахнулась практически до коротких передних лап, демонстрируя два ряда острых и кривых зубов, предназначенных для того, чтобы жертва не могла вырваться. Зубары заглатывали добычу целиком, я, например, поместился бы в глотке без проблем, еще бы и место осталось. Но кто сказал, что это было все, что он мог? Жаб снова заорал и прыгнул.
Мощные лапы с перепонками с легкостью подкинули в воздух двухсоткилограммовое тело, а я тут же рванул в сторону, стараясь оказаться подальше. И не зря. Мало того что меня окатило брызгами, так монстр тут же попытался достать меня хвостом. А он у него был довольно длинный, пришлось кидаться лицом в лужу, пропуская его над собой. И тут же откатываться, чтобы не попасть теперь уже под вертикальный удар.
Зубар снова взревел. Ну, или заквакал, звучал его вопль как нечто среднее, но на редкость отвратное. А я уже был на ногах, сжимая шипокол, готовый к любому развитию событий. Спасибо кольцу, позволяющему мгновенно убрать оружие и тут же достать его обратно, а то во время акробатических трюков я бы точно зарезал себя сам. А так вон, бодр и весел, хоть болотная жижа, налившаяся за шиворот, комфорта не добавляла. Но это все мелочи, главное, я был готов драться, а хвостатый жаб, лишившийся своего главного оружия — языка, не имел особого опыта в бою на суше. Промазав с атакой, он не понимал, что делать дальше. Зато я это прекрасно знал и, подцепив ногой комок грязи, швырнул его в сторону.
Пучок водорослей пополам с землей с шумом и плеском врезался в воду, и зубар всем телом развернулся на звук, а я уже сорвался с места, набирая скорость. Монстр тут же дернулся ко мне, но было уже поздно, я уже был там, где нужно, и с легкостью увернулся от рванувшего с места, словно локомотив, зубара, обдавшего меня вонью из открытой пасти. А в следующую секунду шипокол с легкостью перерубил кости на лапе чудовища, заставляя его завалиться набок. И лишь одно я не сумел предусмотреть — это удар хвостом. Я почти ушел, но все же его конец извернулся и долбанул меня по груди.