— Арина Васильевна, слушаю вас, — девушка, несмотря на сближение с особой княжеской крови, всегда вела себя вежливо, и Арине стоило неимоверных трудов сломать прочную и невидимую границу, которую она не решалась переступить.

— Привет, Анжела! — доброжелательно произнесла Голицына. — Ты сейчас не занята? Надеюсь, дома, а не в студии?

— Дома, я как раз недавно вернулась, — чуточку удивилась барышня Салтыкова.

— Никаких мероприятий на сегодня больше не намечай, — предупредила княжна. — Идём в ресторан. Андрей Мамонов приехал.

— Ой, здорово! А почему не позвонил?

— Подозреваю, участвовал в какой-то акции в пользу Рода, — усмехнулась Арина. — Устал, говорит. Я и то узнала случайно. Ну да ладно, захочет, сам расскажет.

— А я зачем нужна там? Вам, наверное, вдвоём куда комфортнее будет, — смутилась Анжелика.

— Кстати, с Андреем будет какой-то молодой человек, Ярославом зовут.

Оглушительный визг едва не оглушил Голицыну.

— Ярик приехал? Ура!

— Да кто он такой? — удивилась Арина.

— Ты сама увидишь, — неожиданно Анжелика перешла на «ты» от радости, что сама не заметила своей оплошности. — Во сколько нас приглашают?

— В восемь. Я заеду за тобой на час раньше. Будь готова.

— Мне не в чем идти! — заполошно воскликнула девушка.

— Да ладно, зайди в каталог «Модного магазина», выбери себе что-нибудь подходящее, тебе привезут на дом, — снисходительно улыбнулась княжна. — Теперь у тебя гораздо больше возможностей и денег. Не скупись.

— Так и сделаю. Тогда жду тебя в семь!

— Пока-пока, — Голицына, как полагалось, прекратила разговор первой и пробормотала: — Так бы сразу, а то «Арина Васильевна, Арина Васильевна»!

2

За полчаса до назначенного времени Никанор аккуратно остановил «Фаэтон» возле трёхэтажного помпезного здания с широкими окнами и арочным входом, подпёртым четырьмя мощными колоннами греческого стиля, и Яким, выбранный мною в качестве сегодняшнего телохранителя, без всякой спешки покинул машину, открыл заднюю дверцу, ожидая, когда двое молодых господ выйдут на блестящий от прошедшего дождя асфальт. В чёрном безукоризненном костюме, в белой рубашке он выглядел импозантно, учитывая свою внешность. Сахаляр не обращал внимание на пялившихся на него лакеев, встречающих других гостей.

Никанор тоже вылез наружу и с сомнением отдал ключ от «Фаэтона» подбежавшему молодому парню в красном пиджаке и лакированных штиблетах.

— Аккуратнее с машиной, — предупредил он, шевеля широченными плечами. — Если увижу хоть одну царапину, языком будешь зализывать.

— Не извольте беспокоиться, — с жадным любопытством оглядывая блестящую тачку, ответил ресторанный валет[1]. — У меня большой опыт вождения.