— Ну что, господа, развлечёмся? — отец зачем-то посмотрел на часы. — Странник, на тебе защита яхты, если начнут лупить из пулемётов. Алмаз, как только вот этот прыткий подойдёт ближе, начинай работать. Только всех не перестреляй, понял?

— Понял, княже, — ухмыльнулся Алмаз и приложил палец к глазу, давая знак Сухому, чтобы тот был готов к бою. Снайпер находился на крыше, тщательно замаскировавшись со своей винтовкой среди шезлонгов.

Потом палец командира описал круг. А это уже для остальных команда. Я был уверен, что его жесты прекрасно видели бойцы, хоть и прятались где-то под палубой.

Пол перестал напряжённо вибрировать, и «Аквамарин» как уставшая после многокилометрового броска касатка стал замедлять ход.

На сине-белом баркасе воодушевились и завопили что-то вроде «банзай». Воинственные вако подумали, что на яхте случилась какая-то проблема, и решили воспользоваться ситуацией. Идущий позади баркас был ещё далеко, а вот его приятель стал менять галс, чтобы вцепиться в наш борт.

Когда до «Аквамарина» оставалось, на мой взгляд, чуть меньше кабельтова (спасибо дядьке Митрофану, натаскал меня по морской терминологии, немного соображал), пиратский баркас ускорился, а вдоль левого борта рассыпались готовящиеся к нападению вооружённые люди, одетые столь разномастно, что даже жалко стало этих несчастных вако. По сути, обычный морской сброд, промышляющий охотой на яхты и рыболовецкие суда, а заодно не гнушающийся контрабанды. На нескольких бандитах надеты допотопные зелёные френчи английского кроя — такие ещё перестали использовать после тридцатых годов двадцатого столетия. Часть вако носили кожаные жилетки на голом теле, демонстрируя угрожающие татуировки на плечах и груди. Зубастые драконы, жуткие маски смерти, непонятные иероглифы и прочая хрень, призванная запугать обывателя, но никак не Алмаза с ребятами.

Раздалось едва слышное гудение сервоприводов, пластиковая крыша плавно разошлась в разные стороны, обнажая тёмно-зеленые стволы с раструбами и пламегасителями. «Коса» хищно развернулась в сторону баркаса и выплюнула двойную пристрелочную очередь, сметая с палубы ничего не понявших вако. А потом яростно загрохотала, прошивая борт свинцовым дождём. Стеклянную рубку разнесло вдребезги, стены забрызгало красным. Носовую часть баркаса словно ножом срезало, измочалило до неузнаваемости. Судно обиженно заскрипело от подобной наглости и начало циркулировать, грозясь воткнуться в нашу яхту. Митрич вовремя дал ускорение, и «Аквамарин» бодро встряхнулся как застоявшийся жеребец. Мощные буруны вздулись по обеим сторонам бортов, оставляя далеко позади опешивший второй баркас. Оттуда, кажется, даже стреляли, но мы ничего не слышали из-за шума двигателей, благоговейно разглядывая раскуроченный корабль пиратов, к тому же жирно задымившийся чёрными завитками.