Нияз кивнул и быстро покинул помещение, отправившись организовывать пленницу, которую выбрали в качестве жертвенного подношения Пробудившемуся.

— Мальчик мой, отдохни как следует. Утоли свою жажду смерти сполна. И больше не подводи меня, договорились?

— Ага… — вяло откликнулся Пробудившийся, которому в голову уже ударил алкоголь.

— Вот и славно…

Хан похлопал Пробудившегося по плечу, после чего развернулся и, скрестив руки на своем необъятном животе, направился прочь. Мор вызывал в нем исключительно негативные эмоции, однако он вынужден был считаться с Пробудившимся. Слишком полезными оказались его способности.

[Карл Веснин]

Сразу после боя мы активно взялись за восстановление потраченных резервов. Поглотили все запасенные ранее сладкие хилки. Большую часть съел, конечно же, я, но и с девчонками не забыл поделиться. Модификанток тоже изрядно потрепало. Сгущенка отлично восстанавливала не только схуднувшую жировую прослойку, но и поднимала настроение. Так что в конце лечебных процедур я был хоть все еще слаб, но бодр духом и весел.

Настал черед фильтрационного процесса, которым руководил Степаныч. Ему в этом деле помогал также Крайнов. Иммунных разделили на две части. Около половины за те или иные прегрешения будут изгнаны из крепости. Кто-то являлся идейным прислужником Бульдога, другие занимались насилием среди обывателей. В общем, на низовом уровне царили свои, подчас крайне строгие порядки. Эдакая мафия. Модификантам было по большей части наплевать на подобное положение, поскольку их это не касалось. У Модифицированных был свой, особый высокий статус. Собственно, такие пробивные мафиози и стремились первыми получить мод Генома. Порой ценные подарки получали и постельные грелки. Одна такая обошла Степаныча.

Сам мужик уверял, что не состоял ни в каких бандитских группировках. Якобы он, наоборот, за ними присматривал и держал в узде, за что его чуть не грохнули несколько раз. Крайнов как стороннее лицо в целом подтвердил слова Степаныча, однако заметил, что с этим типом надо смотреть в оба. Впрочем, я в любом случае собирался сдержать слово. Мне показалось, что на Степаныча можно положиться. Мужик будет верен тебе до тех пор, пока ты сам не поведешь себя недостойно. Ну а к Карлу Великому не может быть нареканий, так что опасаться нечего. Верные модификанты нам всегда нужны.

Люди слезно просили не прогонять их из лагеря, однако нам такая толпа голодных ртов была ни к чему. К тому же непонятно, чего ожидать от прихлебателей Бульдога. Резать надо по-живому, не дожидаясь перитонита.