.

Опытный полководец, Помпей Великий от командования не отказался, но начал борьбу с восстанием с уничтожения армий Перперны и Брута. Перперну он разбил так основательно, что тот бежал лишь с малым числом сторонников к армии Лепида. Но Марк Юний Брут показал себя более искусным полководцем. Даже потерпев поражение в поле, Брут сумел сохранить большую часть армии и отступить в Мутину. Пока же Помпей осаждал Мутину, опасность нависла над самим городом. Мятежные войска Лепида устремились к Риму. Интеррексом в это время был избран отец нашего друга, Марк Лициний Красс. Второй раз ему пришлось участвовать в битве у Коллинских ворот и второй раз руководимые им войска одержали победу. После же отступления Лепида его войска настиг взявший за это время Мутину Помпей и нанес им повторное поражение. Лепид, раненый, бежал с остатком войск на Сардинию вместе с Перперной. Они, как говорят, рассчитывали поднять против Сентат и Народа Рима местные войска. Но пропретор Сардинии Гай Валерий Триарий сумел со своим немногочисленным войском и вспомогательными отрядами из местных жителей разбить деморализованные войска мятежников. Лепид умер от раны, а Перперна и часть войск бежали в Испанию, к Серторию. Так и закончилось для Города и мира это нелепое предприятие, — завершив рассказ, Луций Марций Филлипп-младший поднял кубок и предложил выпить за богов, охраняющих Рим от всяческих бед. Все дружно выпили, после чего Марк Красс-младший начал рассказывать шутки о современных спорах философов в Афинах.

Пока гости отвлеклись, Кассий Лонгин и Корд Макрон, переглянувшись, удалились из триклиния, под предлогом посещения всем известного помещения. Однако, справив свои дела, гость и хозяин не вернулись сразу в триклиний, а зашли в таблинум. В этом кабинете хозяина дома они устроились на принесенные заранее два кресла, стоящие в углу рядом друг с другом. Переглянулись, улыбнулись и первым заговорил Макрон.

— Прошу прощения, уважаемый Луций, но мне непонятна причина… — намекнул он на обстоятельства появления гостей у него в доме.

— Не стоит волноваться, уважаемый Корд. Мой отец не собирается ни лишать вас патронажа, ни как-то ограничивать или контролировать ваши дела и торговые сделки, ни забирать вложенные нами деньги. Сейчас меня интересует только поручение, о котором писал отец, — серьезно ответил Лонгин.

— Конечно, мы его выполнили. Как мы и договаривались — шесть лучших работников верфей Киликии и Сирии уже ждут вас в гостевом домике. С ними семьи, поэтому я надеюсь вы предусмотрели свободные помещения на корабле, — заверил сына своего патрона в своей надежной работе Макрон. — Кроме того имеется десяток корабельных плотников — рабов. Возьмете?