Так что пришлось довольствоваться пуншем. А заодно по пути занялся оценкой своих соперников. И бойцов, и их агентов с покровителями. Врага надо знать в лицо, даже учитывая, что вроде как мы не должны были пересекаться, находясь в разных ранговых категориях. Весом и прочими физическими параметрами уже никто не заморачивался. И так понятно, что двенадцатилетний шкет, успевший пробудить Анахату, чакру сердца, четвёртую по счёту, с лёгкостью разделается с чемпионом мира в сверхтяжёлом весе по боям без правил, просто за счёт использования энергии сансары. Техника «Стальной рубашки» просто не даст нанести шпанёнку хоть какое-либо повреждение, а любой удар, усиленный выплеском достаточного количества энергии, сметёт бугая, просто не заметив его физических кондиций.

Однако у любого правила есть исключения. Я одно из них, поскольку уже являлся Аватаром. А значит, даже спустившись на ранг Сквайра, Есаула по-нашему, был сильнее своих соперников. То бишь выход в финал можно было считать предопределённым. Так что стоило прицениться к остальным, потому что я не думал, что в других графствах и герцогствах уровень бойцов качественно изменится. Тогда бы отборочные просто не имели смысла.

— Прошу прощения, — занятый наблюдением за соперниками, я чуть не налетел на девушку, вдруг появившуюся у меня на пути, и посчитал нужным извиниться. — Мне очень жаль.

— Что-то ты не выглядишь так, будто тебе и в правду жаль, — девица и не подумала отойти, нагло уставившись на меня, что намекало на неслучайность нашей встречи. — Значит, ты и в правду животное, или все ирландцы хамы и быдло.

— Все, — не стал отрицать я очевидное. — Даже странно, что мисс Сомерсет этого не знает.

— Почему же, — ухмыльнулась дочка хозяев, худощавая девица, пошедшая в мать, разве что графу удалось чуть смягчить черты лица. — Это всем известно. Но я хотела убедиться.

— И как? — я не понимал, чего от меня надо избалованной стерве, а кто ещё наденет ярко-красное облегающее платье с вызывающим разрезом и декольте, поэтому держался вежливо и настороженно. — Какой вывод?

— Кто-то очень хорошо выдрессировал тебя, Пёс, — моё местное прозвище, придуманное буквально на коленке, она словно выплюнула. — Интересно, сколько палок пришлось сломать.

— Много, — я пожал плечами, сделав вид, что не заметил оскорбления. — Но с ними в колледже Святого Михаила проблем не было. Воспитатели там придерживались старого принципа: пожалел розгу — испортил ребёнка. Так что лупили нас часто и помногу.

— Видимо, по голове тоже, — снова съехидничала наглая девка. — Иначе тебя вместе с твоим лысым другом здесь уже не было. Маман на тебя очень зла. Она делала большую ставку на Аранью.