Картинка безупречная. Макияж идеальный, глаза подчеркнуты как надо. Волосы уложены в мягкие, дорогие волны, открывая шею. Да и платье, чего греха таить, шедевр — белоснежный силуэтный лиф, дорогое кружево, вырез сердечком и открытые плечи с длинными рукавами. Если бы я выходила замуж по любви, я бы разрыдалась от счастья, увидев себя такой. Но этот брак — фальшивка. И я чувствую себя дешевой актрисой.
Сзади тихо подходит Мария. Наши взгляды пересекаются в зеркале. Она улыбается — искренне, тепло.
— Ты невероятно красивая, Лилиэн.
— Спасибо, родная, — шепчу я.
Я молчу о том, что у меня земля уходит из-под ног от тошноты и паники. Хватит с Марии моих истерик за эти недели. Меньше всего я хочу, чтобы она начала бояться брака. Пусть хотя бы у нее все сложится нормально. Пусть выйдет по любви.
Я пытаюсь улыбнуться, но сестра, кажется, не верит. Она просто крепко сжимает мою холодную ладонь.
— Ты тоже выглядишь потрясающе, — говорю я, и это единственные честные слова за весь день.
Мария смущенно осматривает себя. На ней бежевое шелковое платье в пол на тонких бретельках. Волосы убраны в косу набок, в которую вплетены мелкие белые цветы. Какая же она уже взрослая. Я иногда забываю, что ей через пару месяцев восемнадцать.
— Спасибо, — бормочет она немного застенчиво. Ее лицо снова становится мрачным. — Ты готова?
Желудок болезненно сжимается.
Нет, я не готова.
Хотела бы я, чтобы в этой комнате была еще одна дверь, через которую можно сбежать. Но здесь только один выход, и за ним стоит отец, готовый отдать меня на растерзание безжалостному чудовищу.
Я всегда считала отца справедливым и любящим. Торговать собственной дочерью ради шкурных интересов бизнеса — это вообще не про него. Мне до последнего хотелось верить, что он действительно хочет для меня лучшего, что он будет драться за меня до конца… Похоже, я жестоко в нем ошиблась.
Дверь открывается, и входит он. Замирает на пороге. Меня аж передергивает от того, как в его глазах вспыхивает гордость. Он реально рад видеть меня в наряде невесты!
— Всем выйти. Мне нужно поговорить с дочерью наедине, — командует он.
Стилисты тут же испаряются. Мария еще раз крепко обнимает меня и уходит, выдав отцу натянутую улыбку. С момента помолвки сестра тоже косится на него как на врага. Наверное, до смерти боится, что папочка и ее жизнь пустит с молотка ради очередной мафиозной сделки, наплевав на обещания свободы.
Отец медленно подходит ко мне:
— Принцесса моя, ты просто ослепительна.
— Да неужели? — слезы сами закипают в глазах. Меньше всего я ждала от него дежурных комплиментов. — А как насчет счастья, пап? Я хоть каплю похожа на счастливую невесту?