Пройдя вперед, я снова встала у края и сосредоточилась на бартонах. Как раз в этот момент демоны развернулись и направились обратно к водопаду. Взмахнув рукой, я прицелилась и запустила в них шар.

Один из бартонов что-то почувствовал и в последнюю секунду посмотрел вверх. Второй же понял, что произошла атака, когда шар уже пронзил его грудь. Энергия прошла сквозь первого бартона и поразила второго. О ба уставились на свои раны, затем задрали морды и оскалили на нас смертоносные клыки.

Первый сделал шаг вперед, прежде чем застыть и снова посмотреть на свою грудь. Бартон издал низкий скулящий звук, а затем стал разрывать собственную плоть когтями. Вскоре к первому присоединился второй. Существа вскрыли себе грудные клетки, обнажив все еще бьющиеся сердца.

Второй бартон взревел, когда сердце первого разорвалось. Мертвое тело рухнуло в пламя, затерявшись в потоке.

Секунды тянулись бесконечно. В се затаили дыхание.

А потом разразился настоящий ад.

Глава 16

Кобаль

Эхо криков разнеслось по пещере. Г руппа краетонсов, последователей Люцифера, выбежала из-под водопада. Позади демонов парили несколько ангелов, которые, как оказались в пещере, сразу взлетели вверх. Около сорока падших, попавших в Ад, все еще были живы и здоровы. Один ангел промчался перед нами, рассекая воздух, из-за чего волосы Ривер колыхнулись.

Я оттащил девушку назад, когда в пещеру влетело еще больше ангелов, сопровождаемых ордой мантикор. Крылатые монстры взмыли вверх. М антикоры сбежали из-за сорок шестой печати, но я совсем забыл о них.

— Что это? — ахнула Ривер, когда увидела первую волну мантикор.

— Мантикоры, — пояснил я, пряча девушку за собой, так как твари пролетели совсем близко.

Одна мантикора остановилась и опустилась обратно. П олупрозрачные зеленые крылья и львиное тело. Красный цвет меха соответствовал цвету скорпионьего хвоста, изгибающегося под мощным телом. Голубые глаза на голове, которая по форме напоминала человеческую. Данная особь была рогатой, имея целых три рога на макушке. Тварь улыбнулась, обнажив три ряда острых зубов, а затем издала звук, похожий на рев трубы.

— Яд в хвосте парализующий, — крикнул я Ривер, когда особь замахнулась хвостом, целясь в Лопана. — А после обездвиживания жертвы, они лакомятся еще живой плотью.

— О твратительно, — прошептала она.

Когда тварь попыталась нанести повторный удар, я схватил ее за хвост, стараясь не задеть капельку яда на конце. Резко дернув вправо, я сломал хвост пополам. Мантикора завизжала и захлопала крыльями, пытаясь улететь, но я крепко держал хвост, выпуская свой огонь, который быстро распространился на ее плоть. Мантикора дернулась, когда я потянул ее на себя.