— Очень! — улыбнулась она мне в ответ, — Только на сцене я чувствую себя по настоящему свободной! Когда я пою и танцую, у меня появляется такое чувство, что у меня за спиной вырастают крылья! К тому же, для меня очень важно то, что люди любят меня и ценят за мои личные умения, а не за то, что я, как ты говоришь, представитель какой-то там элиты… — чуть погрустнела она, видимо, вспомнив что-то неприятное.

— Прости, но я никак не могу понять, как глава вашего клана тебе это позволил. Насколько я успел узнать, у вас же это чуть ли не позором считается? А тут вдруг дочь главы клана — и с выступлениями по всему миру ездит. Извини, если не в своё дело лезу, — спохватился я, увидев, что мой вопрос её расстроил, — Можешь не отвечать, если эта тема тебе неприятна.

— Да нет, всё нормально, — вымученно улыбнулась она, — Всё просто. Из-за матери англичанки я так до конца в клане и не стала своей. Вечно была в положении какого-то изгоя, не смотря на то, что отец меня очень любит, хоть и по своему. Но при этом, благодаря такой моей изолированности и чужой крови, у меня были некоторые послабления в воспитании. Меня и не пытались сделать настоящей китаянкой, всегда подчёркивали, что я чужая для них. Так как я не единственная дочь у отца, мне не составило труда убедить его отпустить меня и разрешить заниматься тем, что я хочу. То, что не простили бы китаянке, мне легко сошло с рук. Они лишь лишний раз убедились в моей чужеродности. Мой предыдущий жених этим, конечно, был не очень доволен, и в случае свадьбы с ним этой моей вольнице пришёл бы конец, но, к счастью, помолвку разорвали. Ты же, я надеюсь, не будешь запрещать мне заниматься тем, что я люблю? — чуть напряжённо спросила она.

— Нет, конечно, — удивился я её опасениям, — Делай, что хочешь. Правда… — вдруг пришла мне в голову неожиданная мысль, — Не уверен, что у нас жёнам наследников клана можно этим заниматься. У нас же, как ты наверное знаешь, тоже довольно традиционное общество, так что дядя может этого не одобрить. Хотя тоже странно… Он же знал, чем ты занимаешься, когда соглашался на эту помолвку… В общем, нужно будет получше об этом узнать, что бы потом для тебя этот запрет не стал неприятным сюрпризом.

— Спасибо за беспокойство, — рассмеялась она, — Но я уже узнала. Не смотря на всю традиционность вашего общества, последнее слово у вас всегда за главой клана. Если он разрешает чем-либо заниматься члены клана, то остальные молчат и не лезут со своим недовольством. Так что, я надеюсь, что всё будет нормально!

— Ну и отлично тогда! — улыбнулся я ей, и выглянул в окно машины, — Кажется, приехали.