— Не понял, ты недоволен? — свёл брови Такен. — Или думаешь, что существуют какие-то волшебные тренировки? Нет, дружок, только методичный труд.

Встав, он попрощался и вышел.

Наверное, это круто, что я сын настолько выдающихся ныряльщиков, да? Если не считать того, что они меня бросили. Но если выбирать между типичной историей улице, когда родители бросают и при этом являются никем, и моей, то выбор однозначен.

Об этом я и думал, валяясь на кушетке. Собирался было встать и уйти, но затошнило, и решил ещё полежать.

Минут через двадцать ко мне Васька зашла. Не с пустыми руками — держала поднос с едой. Рот сразу слюной наполнился.

— Привет, — сказала она. — Мне разрешили за тобой поухаживать. Оклемался? — спросила она участливо, при этом сохраняя показательно строгий облик, будто её наставница стоит где-то рядом и внимательно бдит.

— Вроде бы. А это мне? — присел я на кушетке.

— Кому же ещё? — удивилась Васька. — Хочешь, покормлю с ложечки?

— Ну… А почему бы и нет?

— Лентяй, — засмеялась она, но смутилась, когда вышло слишком громко.

Бросив настороженный взгляд в сторону двери, Васька подалась вперед и куда тише спросила:

— А что эта за девушка с тобой приходила? Так волновалась за тебя.

— Я был в отключке, откуда мне знать?

— У тебя на курсе всего две девушки, — выставила Васька в мою сторону пальчик. — Не так сложно определить, кто именно беспокоился за тебя. Признавайся, украл ещё одно девичье сердце?

В этот момент, забрав поднос у Васьки и взяв тарелку с кашей, я попытался выиграть время, закинув в рот полную ложку, и чуть не подавился от вопроса.

— Васька, ты чего? — искренне удивился я, чувствуя, как хожу по очень тонкому льду.

— Да не переживай ты так. Пушка мне всё рассказала. Однолюбом тебя назвать сложно. Я не в обиде, — лучезарно улыбнулась она. — Хотя должна признать, что скучаю по летним денькам.

Сказав это, Васька залилась краской и опустила взгляд. Надо же было такому случиться, что именно в этот момент дверь открылась и зашла госпожа Фиона.

— Так-так-так, — сказала она тоном судьи, застукавшего виновных на месте преступления. — И чего это ты так раскраснелась, моя дорогая ученица?

Вскочив и вспыхнув ещё сильнее, Васька пискнула, обогнула целительницу и убежала.

— Смотри мне, — пригрозила целительна. — А то в следующий раз помещу в кому. Целебную. На месяцок, чтобы успокоился.

— А я чего? Хватит на меня наговаривать.

— Угу. Каков учитель, таков и ученик, — фыркнула женщина и вышла из кабинета.

— Кто бы говорил, — буркнул я себе под нос.

Что она, что Такен мастерски своими разговорами меня в ступор вгоняли. Тьфу на них.