Поговорить надо, - говорю ровно.

Это плохой знак. Когда я говорю спокойно, значит, внутри уже всё кипит. О чём? - Мэтью явно напрягается, чувствует неладное.

О Карине.

О Карине? - его брови ползут вверх. - А мы разве знакомы настолько, чтобы обсуждать общих знакомых? Ты бы не подходил к ней.

Я? - он усмехается. - Я помог ей, когда она упала. Проводил до медпункта. Что не так? Не нравится? Так надо было тогда самому это сделать. Но ты не сделал, и теперь мне это предъявляешь. Я правильно понимаю?

Молчу.

- Ты серьёзно? Ревнуешь? - он качает головой. - Чёрт возьми, Ашер, ты вообще слышишь себя? Она тебе кто?

Девушка? Невеста? Жена? Нет. Ты сам её мучаешь, а когда кто-то другой проявляет элементарную вежливость,

ты бежишь разбираться? У тебя крыша поехала? - он тяжело выдыхает и задумчиво на меня смотрит. - Знаешь,

Карина красивая девушка. И есть в ней что-то такое, что притягивает к себе. Я не могу это обьяснить, но она мне

нравится.

Зверь внутри рычит так, что у меня темнеет в глазах.

«Убей его. Прямо сейчас»

Заткнись, - шиплю я.

Что? - не понимает Мэтью.

Я не с тобой.

Он смотрит на меня как на сумасшедшего. Вокруг уже собираются зеваки, кто-то достаёт телефоны. Алекс пробивается сквозь толпу. Я вижу только этого ублюдка, который смеет говорить, что моя Карина ему нравится.- Ты нарываешься, - делаю к нему шаг, чувствуя, как волна ярости затапливает разум. Угрожаешь мне? - Мэтью теряет остатки веселья, его глаза тоже начинают загораться жёлтым.- А ты догадливый ублюдок.

И это становится последей каплей. Он бьёт первым. Я даже не пытаюсь уклониться. Пусть бьёт. Проверим, на что он способен и кто из нас сильнее. Удар прилетает в челюсть, голова дёргается, но боли нет. Только разгоняющаяся ярость.

Отвечаю. Мой кулак врезается ему в скулу, и Мэтью отлетает к стене, сшибая по пути столик. Бутылки летят на пол, кто-то визжит. Чёрт возьми, как же хорошо.

Набрасываюсь на него, пока он не успел подняться. Бью ещё и ещё. Он пытается закрываться, но я сильнее. Я злее. Во мне вся та ненависть, которую я не могу выплеснуть на Карину, потому что эта сумасшедшая девчонка... Потому что она… «Потому что ты втрескался в неё»

- Заткнись!

Мэтью ловит мой кулак, перехватывает руку и резко выворачивает. Я рычу и бью коленом ему в живот. Он складывается пополам, но тут же встаёт, и мы снова сходимся. Вокруг крики, кто-то пытается нас разнять, но безуспешно. Когда хищники в ярости, это самая настоящая буйная стихия. Нас не остановить, пока мы сами не захотим остановиться.

А я не хочу. Потому что каждый удар по этому ублюдку, это будто удар по моей собственной боли. По той, что разъедает изнутри, что заставляет меня ненавидеть её и желать одновременно. «Ты не её ненавидишь. Ты себя ненавидишь. За то, что не можешь контролировать» Подливает масла в огонь.