Ашер резко отстраняется внезапно, что я едва удерживаюсь на ногах. Его губы всё ещё чуть приоткрыты, дыхание тяжёлое, но в глазах уже не страсть, а что-то другое. Ашер низко рычит. И этот звук очень странный. Отпускает меня. Отходит на пару шагов, не отрывая взгляда, и в этом взгляде читается недоумение, смешанное со злостью, направленной прямо на меня. Его грудь тяжело вздымается, кулаки сжимаются и разжимаются, будто он борется с самим собой.

- Чёрт... - цедит он сквозь зубы, и голос звучит глухо.

Ашер резко разворачивается и стремительно уходит из раздевалки. Дверь с грохотом хлопает за его спиной, эхом отдаваясь в пустой комнате.

Я остаюсь одна, прижимая ладонь к пылающим губам. Тело всё ещё дрожит. Дыхание постепенно выравнивается, но сердце продолжает биться неровно. Не знаю, сколько проходит времени, но я заставляю себя переодеться, игнорируя странные ощущения во всем теле. Ну, не может быть того, что ощущения были такими же, как и в том сне. С чего я взяла, что Ашер не мог попасть в мою квартиру? Он легко мог выкрасть ключи у моей мамы, а потом подложить обратно. Либо каким-то образом взломал дверной замок. Сейчас я уверена, что этот бешеный парень на всё способен.

А может, я и не сумасшедшая…

Глава 17

Остаток дня я буквально отсиживаю в полнейшем раздрае. Меня уже совершенно не заботят косые взгляды студентов вокруг. Мысли то и дело возвращаются к тому странному сну. Или не сну?.. И к своим сегодняшним ощущениям рядом с Ашером.

Поэтому, едва заканчиваются последние пары, я срываюсь с места и почти бегу к выходу. Нужно успеть домой, пока мама не уехала на работу. В машине еду, вжав голову в плечи, и всю дорогу нервно перебираю пальцами, бездумно глядя в окно.

Перед глазами снова и снова всплывают обрывки того, что было. А если Ашер действительно пробрался в нашу квартиру и сделал это со мной.. Мысль ударяет, словно током, и внутри всё сжимается

Могу ли я вообще расценивать это как изнасилование? Он обманул меня, сказал, что это всего лишь сон, а я, одурманенная и дезориентированная, была согласна.

Ещё и ёрзала под ним, стонала... От этих воспоминаний лицо заливает жар, а ладони становятся влажными. Боже... Внутри нарастает паника, и я судорожно втягиваю воздух, пытаясь унять дрожь в руках. Но почему же тогда он ушёл и ничего не сказал? Подумал, что я дурочка и ничего не заподозрю. Если то, о чём я сейчас думаю, правда, то как быть дальше?

Нет. Нужно проверить ключи мамы, а затем записаться к гинекологу, наверное. В дом Давида приезжаю как раз в тот момент, когда мама уже выходит из дверей.- Мам! - я быстро подхожу к ней, немного запыхавшись.