— Но Армат пообещал…

— Да что ты заладил с этим Арматом! — Ворон перешел на гневный шепот.

Не кричит. Осторожничает. Но на парня надавить пытается. Интересно, знай Мамон, что лежит у меня в котомке, упирался бы он так же активно или одним из первых полез бы грабить бедного «работягу».

— Армат, Армат… — продолжает распаляться сварливый лучник. — Кто он тебе такой? Твой командир? Глава твоего клана? Какое он вообще имеет право командовать нами? Мы разве его солдаты? Служим в армии? Я вообще на такое не подписывался.

— Так ведь мы в альянсе… — несмело возражает Мамон.

Похоже, Ворона понесло. Обиделся на руководство. Нашел благодатную почву, чтоб выплеснуть весь негатив, скопившийся за последнее время. Откровенно говоря, я понимаю этих парней. Кланы ведь не регулярная армия. Люди заплатили деньги за игру. Хотят получить отдачу. Кому интересно сидеть в лагере, когда Драмен уже грабят на полную катушку.

— И что? — усмехнулся Ворон. — Заметь, об альянсе почему-то помним только мы. Они, когда оставили нас без добычи, вряд ли думали об этом.

— Ни фига! Насчет добычи ты не прав! — возмутился Мамон. — После рейда каждый получит свою долю.

— Ну-ну, — ощерился лучник. — Наивняк. Ладно, пусть нам что-нибудь и перепадет. А добла? О добле ты подумал?

— Это да… — буркнул дуэнд.

— Ты только представь, сколько лута и доблы будет после атаки хаев!

— Это да… — снова повторил Мамон.

— Так что камешки этого чела будут нам небольшим возмещением морального ущерба. Потрусить Светлого — это святое. Тем более что эти камни — не его собственность, а хозяина земли. Если не ошибаюсь, это вотчина Стальной Сотни. Я прав?

Это уже мне.

Нехотя киваю в ответ.

— Видишь? «Работяга» с нами согласен.

Мой конвоир лишь неопределенно пожал плечами. Эх, Мамон, Мамон… Что-то ты легко сдался. Хотя что это я? Кто я ему?

— Кстати… — прищурился Ворон. — Глянь, а ведь он не из простых. Профа прокачена. Шмот хороший. Руны наверняка висят… Плащ видишь?

Дуэнд отрицательно мотнул головой.

— Я тоже, — улыбнулся лучник. — А это значит что?

— В каждой шмотке по природнику стоит.

— Правильно, Мамон! Держи конфетку!

Ворон присел рядом со мной на корточки и стал рассматривать мою экипировку. Этот взгляд нравился мне все меньше и меньше…

— Слушай, Мамон, чем больше на него смотрю, тем интересней становится, что он там у себя прячет.

— Ну и как ты решил действовать? — подойдя поближе, спросил дуэнд.

— Ты чё, «работяг» никогда в рейдах не трусил?

— Не-а… — поморщился Мамон, и я вместе с ним.

— Трямы, брат, великое дело! — картинно подняв указательный палец вверх, продекламировал Ворон.