- Так ты боишься меня? — ласково, слегка ехидно улыбаясь, снова спросил он.

- Нет.

- А так? — царь щёлкнул пальцами и принял облик сушёной мумии.

- Мрачновато, конечно, но терпимо. Я только не понимаю, зачем нужно было меня нести таким методом.

- А как иначе? Самому мне пока не выйти отсюда, а ты сама ко мне вряд ли бы пришла.

- Если да кабы… Я прямо как Василиса, - усмехнулась Марья.

- Нет. С Василисой мы... Скажем так, не сошлись характерами. Да и к тому же, ты намного прекраснее, - продолжал ласково отвечать Кощей девушке, вернувшись в свой первоначальный облик.

- Ну, если бы ты меня в лягушку превратил, я бы тоже не сошлась бы с тобой характером.

- Василиса была невежлива со мной. Ну и я был не прав, разумеется. Мне просто хотелось любви, - глаза Кощея аж загорелись.

- А как же твоя смерть на конце иглы? Её же разломал Иван — царевич.

- Это всё преувеличение в сказках. В сказке ведь нужно о чём - то деткам рассказывать, - засмеялся Кощей. - Да, был у нас с ним бой. Но потом я понял, что нельзя насильно навязываться. Да и Иван с Василисой, действительно любили друг друга.

Он подошёл очень близко к девице, которая аккуратно стала отходить назад.

- Где ты живёшь?

- Недалеко от леса. Я люблю природу. И родители любили, вот поэтому — то отец и поставил избу около царства Лешего.

- А почему не терем?

- Потому что в тереме много люда должно жить. А нас было мало. Хоть и люблю я нарядно одеваться, как царевна в тереме, но не люблю, когда много горниц напрасно простаивают. Когда всё на своём месте — вот это славно.

- А родичи твои где?

- Нет у меня уже никого… Так сложилось, что сиротой я осталась. Одна в доме живу. Ты разве не знаешь?

- Не знал. Потому что они в мире Прави. В Навь ко мне не попали, потому что правильно жили на земле. А братья или сёстры есть?

- Нет. Одна я была у родителей. Но я старалась не отчаиваться. У всех своя судьба. Я занимаюсь хозяйством, радуюсь жизни, помню своих пращуров.

Кощей одобрительно кивнул.

- ... К тебе сватался кто?

- Да.. Были женихи. Но всё как — то душа не легла к ним. Видимо, никто из них не был моим суженым. Поэтому выпроваживала.

- Всё правильно. Сердце не обманет, — помолчав немного, Кощей добавил: - … Я тебя как заприметил, так сюда и велел доставить.

Щёки у Марьи зарумянились от неловкости, и она поняла, что отступать уже некуда — она упёрлась спиной в стену. Кощей навис над ней:

- Ну? — лукаво улыбаясь продолжил он, - ты хочешь быть моей? Выпроводить меня тебе ведь не удастся.

- Экий ты какой быстрый!

- А чего тянуть? Я чувствую сердцем, что ты моя. Тем более, меня ты не боишься, - и хотел прильнуть к губам Марьи, но та увернулась.