Если смотреть на общество кошколюдок через призму упрощенной социальной структуры, то оно напоминало пчелиный рой или муравьиную колонию. Великая Мать занимала место королевы, простые самки были политиками, воинами и рабочими особями, ройхе-самцы удовлетворялись ролью воспитателей подрастающего поколения, рашт-самцы стояли отдельной надстройкой, которая не давала муравейнику скатиться к первобытному уровню, зачастую некоторые из них подвязались на ниве политики, выступая советниками и достигая больших высот. Великие Матери и самки из высшего общества брали в мужья только рашт. С чего бы это?

— Пришли, — изобразил поклон Рихт. — Позвольте подобрать вам церемониальный сарун.

Чего не позволить, иди, подбирай. Рихт еще раз поклонился, выхватил из кармана информационный кристалл, вставил его в паз на стене и подвел Андрея к белому кругу.

— Господин, прошу не шевелиться, дайте заклинанию привязать ваш размер к базе инфокристалла.

Ого! Да у них тут чуть ли не компьютерные системы на маганализаторах. Андрей замер, над полом высветилась иллюзия, где в каких рядах висят подходящие костюмчики и стоит обувь. Не прошло десяти минут, как он, облаченный в обновки, топал обратно, ступая по каменной плитке мягкими сапогами до колен. Сарун оказался костюмом, отдаленно напоминающим одежду казаков. Белая запахивающаяся рубаха с глубоким вырезом на груди, свободные шаровары из невесомого паучьего шелка, заправляемые в сапоги, широкий пояс, обматываемый вокруг талии на семь рядов. На пояс крепился ремень с ножнами для рашага.

Дольше всего Рихт выбирал нож и ножны. Ошибиться было нельзя, на рашаг обращают внимание в первую очередь! Он должен показывать статус владельца и его положение в обществе. Гостя в государственную «гардеробную» привела сама Иллушт, а это многое значит, простых людей наследница престола за ручку водить не будет. Что из этого вытекает? А вытекает принадлежность к высшему сословию, следовательно, ножны должны быть голубого, небесного цвета. Приближенность к Великой Матери — крепим на рукоять ножа красную ленту.

Рихт мог копаться долго, результатом его трудов стали бы разноцветные ножны и букет лент. Андрею надоели геральдические и прочие изыски ройхе, прервав словоохотливого самца и напомнив о лимите времени, он ограничился голубыми ножнами и двумя тонкими лентами красного и зеленого цвета на рукояти ножа.

Иллушт уже ждала их, она одобрительно хлопнула Рихта по плечу, оценив его труды. Удостоенный внимания дочери правительницы, тот буквально светился от счастья.

— Почему на рашаге всего две ленты? — задала она единственный вопрос.