После этого короткого диалога мы разошлись. Стадион, как гигантский организм, начинал наполняться жизнью. Гул толпы, нарастая, проникал сквозь стены, сливался в единый мощный голос. Атмосферно, даже очень! Я занял позицию в своем секторе. Люди текли мимо — семьи с детьми, компании друзей, фанаты в клубных шарфах. Эйфория, предвкушение праздника. Они и не подозревали, что находятся на пороховой бочке, которая вот-вот взорвется.
Я включил тепловизор. Картинка в левом глазу шлема окрасилась в пятна тепла: оранжевые, желтые, красные силуэты. Я методично сканировал ряд за рядом. Ничего криогенного обнаружено не было. Только нормальный человеческий жар.
— Всем внимание! Императорский кортеж на подходе к точке «Альфа-1», — раздался в ухе спокойный голос Грифа.
— Отряд на позиции. Щиты готовы к развертыванию, — отозвался второй голос.
Адреналин начал ударять через кровь в голову. Сейчас начнется самое интересное… Я продолжил сканирование.
— ТШ-Ш-Ш-Ш-Ш… Т-Ш-Ш-Ш… — раздался шипящий звук в голове. Связь с отрядом оборвалась.
Затем зазвучал резкий, пронзительный писк, переходящий в оглушительные, рвущие барабанные перепонки помехи. Я даже слегка вскрикнул от боли, схватился за шлем. Казалось, в мозг вогнали раскаленный гвоздь. Инстинктивно я рванул было его снять, но пальцы застыли в сантиметре от застежки. Сбросить шлем — раскрыть свою личность и провалить всю операцию вот так, в один момент.
И сквозь этот белый шум, сквозь визг и скрежет, пробился голос. Низкий, спокойный, знакомый до тошноты.
— Ну, здравствуй, Алексей! Ты там не оглох, дружок? Можем разговаривать? — это был Тони Волков.
Этот урод взломал наш канал. Как давно он нас прослушивает? А что, если он знает весь наш план пошагово?
Надеюсь, остальные поняли, что я выбыл из диалога, и пытаются наладить связь. Нужно просто тянуть время.
— Приветствую, Тони. Как хорошо, что ты мне позвонил, у меня к тебе много вопросов… — сказал я.
— И ты безумно хочешь получить на них ответы? — в его голосе слышалась улыбка.
— Есть такое желание…
— Ну тогда спускайся на встречу! Явно разговор не телефонный. Туалеты в восточной части твоего сектора, нижний ярус. Только обязательно один, и никому ни слова. Не вздумай меня обманывать или звать своих дружков. Я все вижу и слежу за тобой, Алексей. Приходи — поговорим, как земляк с земляком.
Связь оборвалась так же резко, как и началась. В ушах снова зазвучали обычные переговоры: «…проходят по коридору…», «…щит поднят…». Он вырезал меня из общего эфира на те несколько минут, пока говорил, и поставил перед выбором: идти на встречу в явную ловушку или продолжать действовать по плану, но тогда не получить ответа на важные для меня вопросы. Да и к тому же, пока я буду находиться с ним, он не сможет реализовать свой план. Вряд ли Тони захочет быть в тени, когда все начнется. Нет! Этот самовлюбленный ублюдок захочет быть в самом центре действия!