Катька нервничает. – Мама? – ахнула она почти сразу. – Это правда? Ты разрешишь нам взять собаку? – Правда, детка, – улыбнулась я. – Ну, конечно, насчёт породы посоветуемся… – Итак, мессере Василис, – перебил меня муж. – Екатерина освоила начала ментальной магии, верно? – Да, мессере, – маг степенно наклонил голову. – Я предлагаю последний эксперимент, работу с малознакомым человеком. – Хорошо, – оживился Авгурион. – Я так понимаю, вы имели в виду меня? – Именно, мессере, именно вас! Теперь мессера Екатерина дотронется не до висков, а до рук, и попробует прочитать ваши мысли и образы, их сопровождающие. Не готовьтесь специально, сядьте поудобнее, закройте глаза и просто отдайтесь течению ваших размышлений. Ну что же, не без гордости могу сказать: и этот этап Катька прошла с блеском. Нет, правда, она сумела передать то, что Авгурион пожелал показать, потом слегка помялась и добавила: – Там есть ещё второй слой… Говорить? Королевский маг посмотрел на неё с любопытством. – Прошу вас. – У вас какие-то неприятности с родственниками, мессере Авгурион, – она прямо взглянула тому в лицо. – И эта мысль всё время идёт фоном, что бы ни было на первом плане. Там молодой человек, такой, с причёской, – и она покрутила рукой вокруг головы, изображая эту самую причёску. Авгурион поперхнулся, покачал головой и расхохотался вдруг. – Да-а, я успел забыть, что значит – иметь дело с сильным менталистом, – еле выговорил он, вытирая слёзы. – Вы правы, мессера, этот молодой человек с причёской, – и он повторил Катин жест, – мой племянник, Ромулус. Очень способный мальчик, но шалопай невозможный. Сегодня утром мне сообщили, что он опять на грани вылета из университета… Впрочем, это неважно. Меры я принял, и свою порцию неприятностей он получит. Итак, мессере Василис, ваше резюме? Мессере похмыкал, погладил себя по подбородку – тут я подумала вдруг, что он не так давно сбрил бороду и ещё не привык к этой гладкости, – и сказал важно: – Полагаю, что юная мессера вполне в состоянии выполнять обязанности мага-менталиста в условиях организованного опроса, когда объект знает о ментальном вмешательстве. Но вот что выйдет с человеком, которому это неизвестно? – Пока не попробуем, не узнаем, – ответила Катерина со вполне взрослой резкостью. – Я готова попытаться. Уж всяко это не страшнее, чем разрезать живую лягушку. И она передёрнула плечами, явно вспомнив школьные уроки биологии. – Вопрос только в том, как именно это сделать, – ответил Авгурион. – Вы говорили, что у вас есть план, мессера