к отцу и освободишь его от ментального принуждения. А потом все вместе вы раскатаете вашего врага в тонкий блинчик! Вот это жаргонное выражение в устах рафинированного учителя привело меня в чувство куда лучше прославленного холодного душа. Да что я, в самом деле, маленькая, что ли? Ну-ка, Линецкая, взяла себя в руки и пошла работать! Рыдать будешь потом! Помогло, кстати. Затаив дыхание, я смотрела, как загораются под пальцем мессере Василиса синие значки. Вот последний хвостик, длинный росчерк… И зеркало идёт волной. Ура, получилось! Неожиданно даже для себя я чмокнула учителя в щёку и шагнула в проход. * * * Вокруг было темно, только в окнах напротив виднелся слабый свет уличного фонаря. Я зажгла магический фонарик, совсем слабенький, чтобы никакого запоздалого – или наоборот, слишком раннего – прохожего не заинтересовал этот блик. Огляделась: довольно большая комната, из неё ведут две двери. Зеркало, прямоугольное, в деревянной раме, стояло у дальней от окон стены. Камин, возле него пара кресел, у другой стены диван и журнальный столик… Что-то вроде гостиной? Так, теперь выглянуть наружу, чтобы сориентироваться, и хорошо бы ни на что не наткнуться по дороге. Окно выходило на небольшую площадь с колодцем посередине; по причудливому кованому колпаку я узнала это место. Действительно, прав был мессере Василис, этот путь вывел меня в ресторан «Пфистерн». Уже легче, я знаю, где нахожусь, и до отеля, где спит Макс, мне идти десять минут неспешным шагом. Как я спускалась с третьего этажа по узкой тёмной лестнице с неожиданными поворотами и непредсказуемой высотой ступенек – это отдельная песня. Но и она была пропета, и вот передо мной вход в ресторан, в моём случае – выход. Слева гардероб, справа ниша, где помещается дежурный, прямо – входная дверь. Старинная, дубовая, толщины такой, какой в современных домах стены делают. Чуть ниже латунной ручки – замочная скважина, и в чернильной темноте видно, как сквозь неё пробивается неяркий свет. Ну что же, как там учитель говорил, что нужно делать для вскрывания замка? Сложив пальцы левой руки в сложную фигуру, фигу, даже фиговину, правой я обвела скважину и проговорила заклинание. В замке чуть хрупнуло, но освобождать левую руку я не спешила: вдруг не открылось? А второй раз я такую штуку пальцами не изображу. Я чуть подтолкнула дверь правой ладонью, она скрипнула и приоткрылась. Уф, кажется, получилось! Выскользнув через щёлку, приоткрытую словно для кошки, я захлопнула створку и быстро отошла подальше. Замок, слава