Пока Мария Михайловна доставала учебники, заодно объясняя, что и где читать, Бубен фотографировал страницы тетради, на которой ещё недавно висел маяк.

Выданные учебники я сложил в сундук, за неимением других ёмкостей. Благо места там было предостаточно: можно было ещё целую кипу книг накидать. Правда, вес у сундука стал совсем каким-то неприличным… Но я героически дотянул его до машины. И даже не стал просить Бубна о помощи.

Тем более, он, кажется, изрядно развлекался, поглядывая на то, как я ворочаю сундук.

— Он не писал напрямую имена и места, — сказал опричник, когда машина уже ехала обратно в особняк. — Использовал особые слова, которые распространены в его среде… Кодировал, сокращал… В общем, делал всё, чтобы только ему были понятны записи. Но я пошлю их в головное отделение. А там уже подумают, как распознать этот текст.

— Может, не только их отправить в головное отделение? — спросил я, намекая на наш общий с Бубном и цесаревной секрет.

— Не получится, — покачал головой слуга царя.

И покосился на охрану, как бы намекая, что не время, мол. И что даже у моих «ирбисов» есть уши.

Пока добирались обратно, буран усилился. Порывы ветра заметали Ишим снегом и пытались сбить с ног редких прохожих, рискнувших высунуть нос на улицу. «Тигрёнок» ехал медленно, едва продираясь между заносами. Уборочная техника ещё не вышла на улицы, а если и вышла, то нам не встретилась.

В ближайшие часы погода грозила поставить Ишим на колени. И сделать это почище любой орды Тьмы.

До особняка удалось добраться без приключений. А вот там, несмотря на погоду, народу было столько, что еле-еле к гаражу проехали. Городовых в округе, может, и стало поменьше… А вот военных, строителей и людей из различных служб — наоборот, побольше.

И что они все делают возле моего дома, я в душе не представлял. Хотя, конечно же, догадывался.

Нет, я бы на их месте сказался больным, если не мёртвым, и сидел бы дома. И даже по приказу светлейшего князя на улицу бы не вылез. Холод, ветер, колючий снег в лицо… В такую погоду можно запросто отморозить себе что-нибудь важное и не заметить.

Однако у служивых людей были свои резоны выйти на работу.

Встретив нас сразу за порогом, Авелина и Саша повели меня с Бубном обратно в хранилище ценностей.

Где, заперев двери, и потребовали сообщить им новости. А заодно, сообщили свои.

— Я созвонилась с отцом. Скинула ему снимки исследовательских дневников. Он сказал отснять всё ещё раз, в хорошем качестве! — призналась Саша.

— Он всё это заберёт? — с надеждой уточнил я.

— Ну да, конечно! — Саша усмехнулась. — Держи карман шире! Очень нам сейчас нужны конфликты с греками!