Но даже без доспехов со знаками клана Касахара такая лошадь привлечёт к ним слишком много внимания. Разве что продать её и взамен купить пару более неприметных лошадок?
Он тихо усмехнулся, прикинув, что вырученных денег хватит и на дорогу до замка господина Аракавы. И ещё останется.
Красавица повернула к нему голову. Масато снова погладил её по щеке.
— А как её зовут?
— Обжора!
— Ты шутишь? — Он едва не поперхнулся от неожиданности. — Ей куда больше подошло бы имя Жемчужина!
— Она Обжора, — категорично отрезала девушка. — И ни в коем случае не снимай с неё уздечку. Никогда!
— Но удила будут ей мешать! Как она, по-твоему, будет есть и пить?
— Удила можешь вынуть, хотя я бы не стала. Но уздечку не снимай, — с нажимом повторила Саё и даже расщедрилась на пояснение: — Снимешь — удерёт! Сам будешь виноват!
Покачав головой, Масато взглянул в тёмные блестящие глаза Обжоры. Та смотрела на него с терпеливым ожиданием, а потом потянулась губами к рукаву. Он осторожно отстранил её морду. Всё-таки надо будет раздобыть для неё какое-нибудь угощение.
— Ладно. Я тебя услышал.
Саё, подозрительно глянув на Обжору, кивнула, а потом зачем-то погрозила кобыле кулаком и направилась обратно к полянке.
Масато посмотрел вслед девчонке. И где она только нашла такую красавицу? Шлем, конечно, был дорогой, но до цены этой лошади явно не дотягивал. Либо Саё чего-то недоговаривала, либо поблизости жил торговец, с которым непременно стоило познакомиться.
К вечеру Саё принялась собираться в дорогу. Масато устроился у дерева и наблюдал, как она осматривает каждую нанизанную на верёвку рыбину. Запасов хватит на пару дней точно. К сожалению. Впрочем, неважно. Как только они доберутся до Трёх Сосен, он наведается к Хаято. Староста получил свой пост и надел за службу в замке и должен был сохранить верность своему господину. По крайней мере, Масато на это надеялся, рассчитывая на его помощь.