Ольга тоже подтвердила, что такие риски есть. Она рассказала, что сейчас существуют большие базы данных. И, если разыскиваемый попадёт на какую-нибудь видеокамеру из тех, что в огромном количестве раскиданы по всему городу, то система может автоматически сравнить их лица с лицами пропавших. И доказывай потом, что это разные люди. Особенно, если они не разные, как в нашем случае, а просто мёртвые.
Так что было решено немного подрихтовать им лица. Внучка сказала, что сейчас это называется пластическими операциями, и многие живые делают их просто в погоне за модой и красотой.
— Неплохая идея, — кивнул я ей, — некоторые из наших умертвий выглядят так, будто у них в роду были не то что обезьяны, а монстры очага. Причём не среди дальних родственников, а ближайших. Почему бы и не облагородить их внешность на более подходящую для слуг рода Рихтер? Подбери для меня примеры симпатичных лиц и начнём.
Ольга серьёзно подошла к вопросу. И даже убежала в торговый центр, чтобы вернуться с целой кипой журналов со странными названиями вроде: «Секреты звёзд» или «Тайная жизнь кумиров».
Привлекла она к делу и Алину, так что теперь они обе отбирали оттуда фотографии наиболее красивых, по их мнению, парней.
Но ограниченное количество оперируемых заставляло их порой так горячо спорить, что я боялся, как бы они не вцепились друг другу в волосы, обсуждая, какой из актёров популярного сериала больший «краш», что бы это ни значило.
Но, в конце концов, у меня перед глазами были четырнадцать фотографий как смазливых, так и брутальных мужиков.
А девушки, скромно потупив глазки, спрашивали, насколько наши умертвия будут похожи на примеры после операции.
— Сами всё увидите, — ответил я и снова заставил их себе ассистировать.
В этот раз энтузиазма у моих помощниц было едва ли не больше, чем когда мы выращивали Вьюнку.
— Ого… — широко раскрыв глаза, удивлялась Ольга, глядя на мою работу, — у тебя так классно получается…
Я показал им заклинание метаморфозы, под воздействием которого плоть становилась мягкой и податливой, как пластилин.
— Вы ещё и скульптор? — Алина, наблюдая за движением моих рук, удивлялась не меньше.
— Нет конечно, — ответил я ей, — но немного опыта имею.
Когда я был подростком, то мне нравилось разыгрывать семью и друзей при помощи умертвий, которые как две капли воды походили на их близких или наоборот на врагов.
Порой это приводило к совершенно забавным ситуациям.
Тогда я и натренировался в изменении лиц. Но, в конце концов, быстро потерял к этому интерес. Можно сказать, это был этап взросления.