– Они не последовали за мной, и они не хотели, чтобы я их покидал. Вы, наверное, знаете, что тогда предсказывали безрадостное будущее. Дочь и жена назвали меня безответственным. Они съехали с квартиры, а на следующий же день наш Специальный контингент получил приказ. У меня даже не было времени с ними попрощаться. Холодной зимней ночью я схватил чемодан и покинул свой дом… Конечно, я не жду от вас понимания…

– И все же я понимаю… Что с ними случилось?

– Жена умерла в 47-м году. Дочь – в 81-м.

– Они пережили Великую падь… – Дунфан опустила глаза и на какое-то время смолкла. Затем вызвала голографический монитор и включила режим внешнего наблюдения.

Стены отсека растаяли, как воск, и «Естественный отбор» исчез, оставив их посреди бесконечного космоса. Перед ними расстилался Млечный Путь. Два независимых существа во Вселенной, не связанные ни с какой планетой, а вокруг – ничего, кроме бездонной пустоты. Они летели во Вселенной так же, как Земля, Солнце и сама Галактика – без начала и без конца. Они просто были …

Чжан Бэйхаю это чувство было знакомо. Точно так же 190 лет назад он, облаченный в скафандр, плыл в космосе, держа в руке пистолет, заряженный пулями из метеоритного железа.

– Мне нравится вот так, без стен – я тогда забываю и о корабле, и о флоте. Остаюсь наедине со своими мыслями.

– Дунфан, – тихо позвал он.

– А? – Капитан обернулась. Ее глаза сияли, словно звезды Млечного Пути.

– Если однажды мне придется убить вас, заранее прошу прощения, – негромко сказал Чжан Бэйхай.

Капитан улыбнулась:

– Я похожа на «проштампованную»?

Он оглядел ее, освещенную лучами далекого Солнца. Она казалась перышком, летящим на фоне звезд.

– Мы люди Земли и океана. Вы принадлежите звездам.

– Это плохо?

– Нет. Это очень хорошо.

– Зонд погас!

Доклад дежурного офицера ошеломил доктора Куна и генерала Робинсона. Они понимали, что эта новость всколыхнет и Земной конгресс, и Конгресс космических флотов, особенно учитывая, что, по последним наблюдениям, зонд должен был пересечь орбиту Юпитера всего лишь через шесть дней.

Кун и Робинсон работали на станции Ринье-Фицроя, которая располагалась на орбите вокруг Солнца, недалеко от внешнего края пояса астероидов. В пяти километрах от станции находился один из самых необычных объектов в Солнечной системе – набор из шести гигантских линз. Самая большая линза достигала 1200 метров в диаметре; другие пять были поменьше. Так выглядел космический телескоп последнего поколения. В отличие от пяти предшественников, его не окружала труба, и между линзами ничего не было. Они висели в космосе сами по себе; по краям располагались многочисленные ионные двигатели, с высокой точностью перемещавшие детали телескопа для наведения и фокусировки.