Раскрыв глаза, обнаружила, что белый уже вовсю «плещется» в потоках бенгальских искр, сразу поманив под них и меня.
«Еще и нездоровая чистоплотность какая-то… Столько мыться!»
Но шагнула ближе, немного неловко и еще с опаской копируя его движения, очищая свое тело. И еще… Сейчас, когда белокожий стоял ко мне лицом, отчетливо увидела — опять возбужден. Нелегка доля Теге. А в моем случае — вдвойне. Душа, она не безразлична к происходящему и тоже мучается.
— Идем, — хлопком по панели мужчина остановил искропад и одновременно задвинул ящик.
Мы вернулись в помещение с дымкой и пузырями.
— Туда, — слегка поторопил меня белокожий в направлении самого большого спального пузыря, стоило мне робко шагнуть к тому, на котором спала.
Все понятно…
Безропотно протопала к «рабочему месту». Остановившись рядом, вопросительно оглянулась на шедшего по пятам мужчину.
— Ложись, — опять кивнул он.
Взобравшись наверх, улеглась в промятую уже на поверхности канавку. Белокожий забрался следом, усевшись сверху на меня, но так, чтобы вес тела приходился на его колени.
— Рот приоткрой широко. И побыстрее — мне на смену скоро! — четко скомандовал он, внимательно наблюдая за мной.
«Что-то новенькое» — «обрадовалась» я, но рот послушно открыла.
Белокожий быстро перебрался ко мне «на грудь», упершись коленями по обеим сторонам от моей головы, и рукой уверенно направил свой член мне в рот.
— Пока Теге только облизывает и посасывает, — проинструктировали меня насчет дальнейших действий.
Белокожий как-то уплотнил часть пузыря под моей головой, расположив ее слегка выше туловища. Я же, со страхом анализируя «вместительность» собственной глотки (а по ощущениям, рот был уже раскрыт по максимуму и кончик члена упирался в мое горло!), сомкнула губы вокруг мужского, очень твердого, органа. И, слегка вдавив голову в мягкую поверхность, прошлась губами по всей длине члена, выпуская его наружу и одновременно увлажняя языком. Удивительно, но при всей твердости мужского естества, кожа на его поверхности была невероятно нежной, даже бархатистой. А еще… Я мимолетно почувствовала местами крошечные наросты-уплотнения! И он был теплым, даже горячим, живым, пульсирующим энергией желания при моих прикосновениях.
Выпустив мужской член «на волю», тут же обежала его кончик языком и подалась вперед, втягивая обратно. Вместила в себя с трудом, поэтому сразу же поспешила отклониться назад, вновь ритмично массируя его губами и лаская языком. Одновременно пыталась ощупать и отмеченные мною ранее бугорки.
У белокожего был необычный аромат и вкус, я ощутила их сейчас особенно отчетливо. Ничего мускусного и соленого, наоборот — что-то неуловимо сладковатое и чуть терпкое. Закрываешь глаза — и представляешь, что с наслаждением смакуешь леденец… огромный и сладкий. Если бы не этот его удушающий объем, и вовсе было бы… приятно. Хотя и сейчас я чувствовала, что новое тело реагирует просыпающимся возбуждением, понукая меня ускорять темп. К тому же я очень старалась доставить белокожему максимальное удовольствие, надеясь на… Участь его личной резиновой куклы, насколько я успела его узнать, была все же лучше, чем свиноматки общего пользования. Вернее, не общего, а тех, кому по средствам этот самый «дар»!