Позвонил Ирине. Той самой… короче, риелтору из «Терема», которая мне прошлым летом однушку подобрала. Профессионал редкий: блокнот, цепкий, почти ястребиный взгляд и память на клиентов такая, что иной компьютер позавидует. Она узнала меня по голосу с первой секунды. Ещё бы. Помимо того, что она помогала мне с покупкой той самой однушки, в которой я жил, мы ещё периодически пересекались у неё в офисе. Я приезжал по работе, иногда задерживался у её рабочего места буквально на пять минут выпить кофе, переброситься парой слов. Если она была на месте в тот момент. За это время успели познакомиться уже не только как клиент и риелтор, а в более дружеском формате.

— Артём! Здравствуйте! Богатеете? — В трубке слышалась улыбка. — Однушку уже переросли?

— Перерос, Ирина. Ищу двухкомнатную теперь. Восточка, кирпич предпочтительнее панели, не первый и не последний этаж. Двор тихий. Бюджет до… хмм… девятисот максимум, но лучше — дешевле, потому что потом нужно будет докупать в квартиру разные штуки. На руках, без кредитов и ипотеки. Наличкой или безналом.

Она щёлкнула ручкой на том конце — я почти видел, как она быстро записывает мои пожелания привычным убористым почерком.

— Хорошо. Пару вариантов есть уже сегодня, ещё подниму к концу недели. Без ипотеки — это всегда приятно слышать. Продавцы таких покупателей любят. Будем смотреть, выбирать.

Вот за что я её ценил. Ноль лишних слов, ноль впаривания. Не начинала убеждать, что «надо брать, завтра уже не будет», не пыталась незаметно сдвинуть бюджет вверх. Работала как хороший компилятор: на входе задача, на выходе результат, посредине — тишина и дело.

Первый вариант забраковал ещё в подъезде. Дом хороший, кирпичный, семь лет, но подъезд обшарпан, лифт скрипел так, будто его собирали из деталей от разных механизмов на спор. Где-то уже успели отбить плитку, на стене красовалась свежая надпись маркером, а лампочка под потолком мигала через раз. Квартира — метраж нормальный, только окна на трассу. Я постоял у стеклопакета, послушал, как внизу воет фура, одна за другой проносятся машины, и всё понял. Через неделю этот шум перестанешь замечать, через месяц начнёшь ненавидеть. Ирина даже не уговаривала, сразу повела дальше.

Второй был занятнее. Улучшенная планировка, кухня почти десять метров, балкон застеклён. Хозяйка — женщина за пятьдесят, суетливая, показывала комнаты и без остановки расписывала, какой тут «чудесный ремонт». То обои итальянские, то плитка дорогая, то соседи золотые люди. Ремонт был так себе, честно говоря. Косметику навели, а в остальное решили не лезть. А когда я мельком глянул на розетку у плинтуса, интерфейс подкинул мне подарочек: над щитком в прихожей всплыло блёклой строкой [Медь: окисление на скрутках] и следом [Сечение занижено: риск нагрева]. Проводка родная, ещё советская, под современную технику не тянула вообще. Микроволновка с чайником одновременно — и здравствуй, выбитая пробка, а то и запах горелого. Менять всё под ноль, штробить стены, перекладывать кабель. Спасибо, я лучше поищу.