— Други же не обладают магией. Она использовала артефакт? — уточнил я.

— Ты не в курсе, кто такие «животные»? — удивлённо посмотрела на меня Агата.

— Не особо, — соврал я.

— Если я даю свою кровь кому-то, то он получает силу и волшебную суть. Часть этого: получение двух волшебных форм. Одна человеческая и одна животная. Обычно люди превращаются в свою волшебную суть. Один из западноевропейских кланов, ввёл в людские мифы оборотней-волков. Коза изначально была монстром, поэтому она наоборот получила форму человека. То есть она оборотень-человек, — поведала други, после чего приступила к ужину.

Мдя, я думал, куча фастфуда для неё на несколько дней, а оказалось на один приём пищи.

— Что смотришь? Нервничаю, вот и ем, — заявила блондинка.

— Я вообще молчу. Сколько ещё на моём обеденном столе будет тело лежать? — поинтересовался я.

— Маной насытится из артефактов, тогда узоры должны засиять золотым, я подойду и посмотрю в её глаза, тем самым стану хозяйкой. А далее дам ей своей крови, — Агата сделала паузу между жеванием для пояснения мне.

— Понятно. Потом ты планировала её оставить у меня. Но с Козой передумала, а с этой как?

— Хм… заберу, пожалуй. Я пока возилась, к ней привыкла. А то сёстры вечно своими слугами хвастаются. Ага, те ещё гадины. А папины слушаются его, а не меня. Коза, можешь превратиться назад в удобную форму, — произнесла блондинка, а на её руке заблестел пространственный перстень, после чего на полу возникли три лотка с охлаждёнными курами.

Даже не знаю, у кого более сбалансированная пища из этой парочки.

Ужин продолжался почти час. Я перекусил манной и мне хватило.

Я снова следил за процессом оживления гомункула. Именно такой ритуал я не сумел бы повторить, артефакты насыщали тело колоссальным количеством маны. Когда тучи временами скрывали солнце, ореол заполнял кухню. И это было очень ярко.

К закату узоры засветились.

Агата подскочила к лицу миниатюрной смуглянки. Приподняла её веки и уставилась в глаза, созданные словно из янтаря. Но затем они несколько мгновений меняли цвет, пока не стали розовыми.

В следующий миг други рассекла свою руку и поднесла ко рту гомункула. Та несколько мгновений ничего не делала, затем повела носом, после чего натурально вцепилась в рану блондинки.

Я же удивился тому, какие у неё крупные клыки. Я-то ранее особо не рассматривал это тело. Тем более в зубы не глядел.

Смуглянка засветилась, узоры на её теле начали стираться, после чего она пошевелилась и произнесла:

— Голь приветствует хозяина, кхм, хозяйку. Я выбрала верный язык?