— Анастасия Павловна уволилась? — уточнил я, зачем это рыжей други?

— Кэк, инфа сотка, бро! Неделю назад накатала увал и флай ту зе мун! — заявила девушка.

— На луну? Зачем? — не понял я.

— А кто её знает, бро? Топ-развитие. Ещё бы «Мурашку» сплавить, вообще не школа, а чил-хауз! Так что ты тут? Первоклашку сопровождаешь какую-то?

— Что за «чил-хауз»?

— Ну, ты и духота, дом для чила, бро! — заявила девушка, рассмеялась и потрепала мои волосы.

Блин, вообще не понимаю, что она несёт. А я ведь даже просмотрел пару роликов о том, как ведут себя современные подростки.

— Ну, так чё стоишь? Неужели меня ждал? Вкрашился в тётю Икс? — продолжила девица. Но здесь я хотя бы понял.

— Ни в кого я не влюблялся. Что за «тётя Икс»? От «Оксаны»? — уточнил я, стараясь пополнять свой русско-лягушкинский словарь.

— Поймал мою волну, бро!

— … — я понял, что диалог мне вообще непонятен, решил ответить на вопрос, который повторялся пару раз, — я поступил в 11 «О», мне 14 лет, Тактик Тактикович Тактиков.

— Байтишь?

— Нет.

— Пранк?

— К сожалению, нет.

— Рофл, твои предки — огонь, — неожиданно заявила девушка.

— В смысле? — не понял я, хотя слова в большинстве русские.

— Стоят на своём. Тактики из эпохи в эпоху. Не ломает ничего, гнут своё, не смотрят на кринж, не становятся обычными Санями и Васями, а уверенно производят «тактиков»! У тебя братья или сёстры есть? — уточнила Лягушкина.

— Нет, — заявил я, хотя в целом в этом не уверен.

— Жаль, мне до того, чтобы лопнуть от смеха, оставалось чуть-чуть, — держа меня за плечи, с уверенным лицом заявила девушка. После чего расхохоталась.

— Эй, «Жаба», братишку с собой привела? — рассмеялась какая-то девица, проходившая мимо.

— А? Бро, не обращай внимания, это всего лишь ашки. Спеси много, но из красок жизни у них только чёрная и белая, изредка скрашиваемая оценками красного цвета, — заявила Оксана Лягушкина, с усмешкой провожающая двух девушек в чёрно-белой одежде и с белыми лентами в волосах. Неожиданно она кого-то заметила и потащила меня за собой так, что в мой дождевик полетела вся вода с её кроличьего зонтика.

— Куда мы идём? — уточнил я.

— Это «Мурашка», наш классрук, — заявила девушка, когда мы догнали мужчину среднего роста в запотевших очках. Шёл он под странным зонтиком, крепившимся к голове.

— Лягушкина, я тебе сколько раз говорил? Я не «Мурашка», а Мурат Ошко. Про отчество я вообще молчу, его нельзя пропускать, — произнёс он, снял очки, протёр их чёрной жилеткой. Заметил меня, — а это у нас кто? Брат?

— Тичер, это ж наш новый Бр-О-о-о! — протянула Оксана.