Генерал не мог этого не учитывать. И он покосился на мою грудь. Точнее, на маленькую скромную голубую планку на кителе. Ничего особенного. Просто планка Ордена Святого Андрея Первозванного. Всего лишь. Ордена, который делает меня по статусу равным генерал-лейтенанту, пусть и со скромными погонами старлея. Комплектом к голубой планке шли планки Ордена Святого Александра Невского, Орденов Ярослава Мудрого и Василия Великого, Ордена Святой Анны первой степени и скромная планка медали «В память коронации Государыни Императрицы-Августы Марии II».
Официально, я был выше его по статусу во всех отношениях. Пусть мне и шестнадцать лет.
Было видно, что генерал быстро сообразил, что хватил лишнего и сдал назад.
— Прошу простить, Ваша Императорская Светлость. Но, выступить всё равно нужно. Узурпатор сейчас начнёт вещать. Мы переключили каналы на площади и теперь трансляции тут не будет, но по миросети она всё равно идёт. Нужно перебить этот посыл нашим.
— Что с Государыней?
Рокоссовский помрачнел ещё больше.
— Её ввели в состояние медикаментозной комы. Состояние критическое. Врачи борются за её жизнь. Нам остаётся только молиться и действовать. Связи с Наследником и остальными детьми Государыни по-прежнему нет, и мы не знаем, ни где они, ни что с ними.
Хмуро киваю.
— Я понял. Где трибуна? И, да, пошлите группу спецназа ко мне в особняк. Пусть возьмут под охрану Светлейшую Княгиню Диану Александровну и пусть привезут мне регалии Ордена Андрея Первозванного. И готовьте прямую трансляцию. Я буду выступать в миросети.
— Слушаюсь. Трибуна там.
ТЕРРА ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ИМПЕРАТОРСКИЙ КОНСТАНТИНОПОЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ. 1 сентября 2015 года.
Хлопали на ветру флаги за моей спиной. Стояли в строю и курсанты Академии и студенты Университета.
Генерал Рокоссовский громогласно провозгласил:
— Его Императорская Светлость Михаил Александрович Романов!
Да, никаких Островых тут больше нет и быть не может. Карты сданы.
— Братья и сёстры! Подлый внутренний враг, при поддержке врагов внешних, нанёс нашей Богоспасаемой Империи удар в самое сердце. Государыня наша ранена и временно не может исполнять свой долг перед народами Единства и Терры. Её отец, Великий Князь Михаил Ростиславович, захвачен заговорщиками и принужден произносить в эфире то, что ему скажут. Связи с Наследником и детьми Государыни у нас нет. Я говорю вам всё, как есть, без красивых слов и цветастых выражений. Пришло суровое время. Время солдат и патриотов нашего Отечества. Не имея возможности оставить Отечество без верховной власти, временно, на период кризиса, и до возвращения Государыни или кого-то из Августейшей Семьи, принимаю на себя обязанности Главы Дома и Верховного Главнокомандующего вооруженными силами Империи.