— Госпожа заверила, что придет. Он не может по-другому, иначе сдохнет.

«Интересно, с чего такая уверенность?» — начал крутить эту тему Вяземский. Ведь пока он не побывал на руинах поселка, его не особо колыхало то, что случилось. Или ему этот груз там повесили? Очередные происки ведьмы? Если она тут, дело сильно упростится.

Радим спустился на верхний этаж и прошел через пустой ресторан. Никаких чужих рун. Что ж, его отсюда не ждали. Лопухнулись, или все же просто те, кто собирал о нем информацию, не раскопали всего?

Второй этаж — пусто, ни души. Хотя, откуда тут души? Сплошная нежить.

Радим проверил лестницу, и снова пусто. Только мимо прошел зеркальный двойник, половинчатый призрак охранника. Потом появилась пара красноглазых. Видно, их двойники неплохо бухали в той реальности, вот и запечатлелись следы на их рожах, синячьё.

Первый этаж гудел, вот тут была жизнь. Странно, что именно сюда согнали все население анклава, хотя было бы логичней расположить их среди павильонов второго этажа или вообще в ресторане. Условного мирняка было много — человек сто пятьдесят, не меньше, женщины, подростки, даже несколько детей лет семи-восьми. Охраняли их человек десять. Рассредоточившись у выходов, они ждали врага, а враг зашел с тыла.

Несколько минут Радим вглядывался в толпу, ища ведьму, может, все же она его тут ждет? Но нет, маска бы нашла ее даже под сокрытием, а она не показывала ничего интересного, разве что несколько довольно мощных амулетов сияли звездочками. Что ж, засада была неплохой, но до конца не продуманной, и это их сгубило.

Радим принялся создавать руну ядовитого облака, никто не уйдет мирно. Жаль только, резерва мало осталось, еще что-то серьезное, или пяток средних стихийных.

Черный сгусток улетел в центр сидящей, лежащей на подстилках или просто стоящей толпы. Несколько секунд, и облако заволокло все пространство с людьми.

— Никто не уйдет обиженным, — громко произнес Вяземский.

Скорее всего, его никто не услышал, поскольку помещение потонуло в хрипах и стонах умирающих. Сотни нелюдей бились в агонии. Несколько двойников, несущих охрану у дверей, сунулись к пострадавшим и хватанули свою порцию яда. Радим же снял маскировку и, вытащив демонический клинок, направился к оставшимся стражам, которые, замерев, с ужасом смотрели на возникшего из ниоткуда человека.

Когда оставалось пройти еще метров пять, один из них, самый молодой, -парнишке лет пятнадцать стукнуло — пришел в себя и, вскинув какую-то железку с рунами пробития, даже без миродита, бросился на Вяземского. Два удара. Первым Радим срубил железяку у самой рукояти, вторым вогнал клинок точно в грудь. Отбросив иссыхающее тело в сторону, он продолжил идти. Шестеро последних ринулись разом. Он швырнул в них солью, и вопли поменяли тональность. Пятеро пали почти мгновенно — четверо расползлись от соли, одного Дикий принял на клинок. Последнего сбил ударом ноги на пол и, склонившись, взял за горло.