незнакомом месте. – Лэйли, ты можешь спать, где пожелаешь. Хочешь в моей комнате? Не возражаю. Только помни о том, что мы решили провести этот отпуск как друзья. Претензии за срыв планов я потом не приму. Лиля раздраженно соскочила с поручня и вернулась к бассейну. Подобрала платье и начала натягивать на себя, путаясь в завязках. Да что не так с Магомедовым?! Он ее сюда привез, чтобы посмеиваться над ней? А как же романтика, ухаживания, соблазнение? Девушка вдруг почувствовала себя обманутой и преданной – и этот мужчина не хочет дать ей чувства собственной значимости. А ведь обещал… – Ты прав, – холодно процедила она, проходя мимо Шамиля. – Не будем рисковать. Спокойной ночи. Спасибо за ужин. В комнате, которую девушка облюбовала ранее, она демонстративно заперлась. Потом упала на кровать, зарывшись лицом в душистые простыни. Она ведь просто хочет, чтобы ее любили – немного сумасшедше, восхищаясь и балуя. Неужели она так многого хочет? Магомедов казался ей идеальным кандидатом на роль восторженного кавалера – Лиля уже нарисовала в воображении идеальный отпуск, который подлечит ее разбитое сердце. И вот все летит коту под хвост – не жарких признаний в любви, ни хотя бы страстной ночи. Долго унывать девушка не стала – поднялась и пошла в ванную. Приняла душ, сняла макияж, высушила волосы. Потом уютно устроилась на кровати, листая местный журнал. Надо как следует отдохнуть, чтобы завтра во всеоружии приступить к исполнению задуманного. Возможно, Шамиль прав, и сегодня не лучший момент. Перелет был утомительным, они оба устали. А он все-таки в возрасте – наверняка не хочет ударить в грязь лицом перед ней. Не стоит давить на него, лучше продолжить соблазнять, а дальше как-то само сложится. Спала Лиля как убитая. Впервые без мыслей о бывшем и слез по нему. Никакие печали по поводу разбитых надежд на счастливую семейную жизнь ее не беспокоили. А когда девушка проснулась утром, перед глазами стоял образ Магомедова. Кажется, он ей даже снился. Лиля, подумав об этом, весело хмыкнула – раньше подобными ванильными вещами она не страдала. Она чувствовала себя удивительно хорошо, учитывая нелегкий вчерашний день. Быстро собралась и накрасилась, потом осторожно выглянула из комнаты, сама себя ругая при этом – будто ей есть чего бояться. После ужина очевидно, единственное, что может быть в опасности – это ее самооценка. Но бывшему не удалось оставить ни царапинки на любви Лили к себе, а уж Шамилю, случайному спутнику для излечения сердечных ран, это тем более не под силу.