— Проверь.
Торговец, хромая, подбежал к столу. Едва пальцы коснулись колец, он уже знал: Предмет подлинный. Благословенное тепло разлилось по руке. На всякий случай, Хармон прощупал зазор: никакого намека на оси. Меньшее кольцо, как ему и подобает, висело в воздухе.
— Нас… — Хармон закашлялся, — нас… настоящий!
— На глаз судишь, дурак? — обронил Джоакин. — А ну, крутани!
Торговец поставил Сферу на стол и щелкнул. Гладкое, небесно-голубое сияние влилось из окон, впиталось в Предмет и расцвело, как бутон розы. Снайп и Вихорь разинули рты, кто-то из братии ахнул, другой шумно выдохнул. Однако Джоакин сумел удержать на лице маску хладнокровного презрения. Отлично играет, стервец! Будто таким и родился!
— Вроде, подлинная… — процедил Джоакин. — Что думаешь, торгаш?
— Воистину подлинная, сир Десмонд.
— Ладно… Во дворце по книге еще проверим, — он поднял глаза на брата Людвига. — Ты же понимаешь, шельма, что с тобой будет, если Предмет не сойдется с книгой?
— Да, сир.
— Заверни.
Хармон остановил Сферу и бережно укутал в материю. Потянулся было сунуть сверток за пазуху и тут же проклял себя за дурной порыв. Джоакин прикрикнул:
— Ку-удаа! Мне давай, скотина.
Хармон отдернул сверток от своей груди, будто тот горел. Снайп хохотнул. Джоакин протянул руку Людвигу:
— Дай суму.
Монах нехотя отцепил суму и отдал «рыцарю», тот приладил ее на пояс и положил внутрь Предмет.
— Вроде, все? — Джоакин глянул на Снайпа.
— Велено покарать Людвига, — бесстрашно заявил дезертир.
Монахи напряглись, потянули руки к оружию. Хармон спешно отступил в угол.
— Не нам велено, — отрезал Джоакин. — Монахи во власти своего настоятеля. Пускай аббат судит, позже мы проверим.
Он поднялся и выдернул нож из столешницы.
— Хотя жаль, что не велено. Уж я бы…
Воин не окончил фразу, а просто сунул кинжал в ножны. Брат Людвиг подал голос:
— Сир Десмонд, аббат велел нам принести назад тот, второй товар.
— Это какой же еще?.. — удивился Джоакин, а затем понял и гневно взревел: — Фальшивку вам вернуть⁈ Хотите ее кому-нибудь продать⁈ Сукины дети! С вас шкуры посдирать за это! Молись, чтобы я твои слова не передал милорду!
Брат Людвиг быстро понял свою оплошность.
— Простите, сир. Это была ошибка, приношу извинения.
Джоакин смерил его холодным взглядом:
— Тебя непременно вышибут из монастыря. Вот тогда попадись мне, дружок.
Монах поклонился и скромно произнес:
— Имею к вам просьбу, сир Десмонд. Подпишите бумагу.
— Что еще за новость?
— Ручательство в том, что вы получили от меня товар и доставите герцогу. Его преподобие просил, чтобы вы подписали.