— Вы говорите, хозяин, вот та… вещь, которую мы с вами видели в казармах… это не Священный Предмет, а фальшивка?
— Уж как есть, — кивнул Хармон.
— Фальшивка — в смысле того, что ее сделали не боги, а люди?
— Верно.
— И вы точно знаете, что она — фальшивка?
— Точнее некуда. У герцога с бароном была книга — там описаны и зарисованы все Священные Предметы. Они сверили и убедились.
— Но хозяин… как же можно изготовить такую подделку⁈ Разве есть мастера, способные на такое?
Этот вопрос немало занимал и самого Хармона. Правда, он до поры не хотел забивать себе голову пустым любопытством. Запланировал так: вот верну Предмет и успокоюсь на сей счет, а потом сразу попытаюсь понять: из чего же подлецы сделали копию?
— Видать, нашелся мастер. Сделал же.
— Я никак не возьму в толк: что же это за материал был? Стекло? Не стекло. Хрусталь? Не хрусталь! Уж больно легкая была штука и слишком бойко вращалась. Стекляшка бы крутанулась раз десять, да и остановилась. Верно?
— Верно, — признал Хармон. — Не стекло было и не хрусталь, и не слюда, и не лед.
— Но что еще бывает прозрачным⁈
— Понятия не имею, — пожал плечами Хармон. — Да только точно знаю, что новый товар — фальшивка. Я-то держал в руках подлинник и помню: он еще легче был.
— Еще легче⁈ — поразился Джоакин. — Он что же, из воздуха был сделан⁈
— Если в Подземном Царстве бывает твердый воздух, то, пожалуй, из него.
Джоакин надолго умолк, пытаясь уложить в голове услышанное. Потом все же спросил:
— А не стоит ли нам разузнать в ремесленных гильдиях да на рынке о мастере, способном сделать этакую штуку? Ведь слава об умельце должна далеко идти!
Хармон уже поразмыслил об этом способе и отбросил его.
— Не стоит, Джоакин. Во-первых, потому, что мастер этот, наверняка, сидит в подвале у злодеев и на них одних работает. Понимаешь, если бы он делал товары на продажу, я уж давно бы о нем прознал! Не первый год торгую в здешних местах, присматриваюсь ко всяким новинкам, диковинкам. Ничего похожего на невесомое стекло никогда не видел.
— А во-вторых, хозяин?..
— Что — во-вторых?..
— Ну, вы сказали: во-первых. Дальше-то должно идти во-вторых.
Вторым пунктом шло такое рассуждение: если приняться у купцов и ремесленников Лабелина расспрашивать о мастере диковинных прозрачных изделий, то, не ровен час, прослышит об этом герцог и смекнет, что выложил двадцать пудов золота за фальшивку.
— Оговорился, видно. Довольно и первого.
Джоакин унялся на этом, а Хармон подумал: отца Давида нужно будет спросить — вот кого! Эта мысль показалась естественной и весьма убедительной. Материал подделки был, конечно, не божественным… но и не совсем человеческим. Наполовину божественным — так можно сказать. А значит, кого и спросить о нем, как не священника? Жаль, неясно, где теперь искать отца Давида… да и жив ли он. Хармон приуныл, а обоз тем временем приближался к развалинам крепости.