Стрела
Страница 447 из 680
Настройки чтения
18px
1.8
1

Стрела

Страница 447

— Искровая пехота Короны — лучшая на свете.

— А мой лорд-отец говорит, что пехота Ориджинов — лучшая в мире. Вы оба — люди чести. Не может же кто-то из вас лгать!

Сир Уильям усмехается и сбивает одну за другой две подковы северян.

— Хочешь мое мнение? Вот что я думаю, Ориджин. Искровики насадят ваших кайров на копья, поджарят, как поросят на вертеле, и сожрут, а греями закусят вместо лука.

— Весьма недвусмысленно, сир Уильям.

Ответным ударом Эрвин отсекает авангард генеральского войска. Уильям Дейви хмурит брови.

— Да, милорд, сожрут и закусят. Ни косточки не оставят. Ни за что вам не победить нас: ни на маневрах, ни на параде, ни на дворцовом построении! Мы — непревзойденные мастера этих дел.

Эрвин склоняет голову с лукавым любопытством:

— Простите меня, сир Уильям, за такой странный вопрос: что если вдруг — мало ли, как жизнь сложится, — искровикам доведется встретить врага на поле боя?..

— Никогда не говори таких слов, Ориджин, — генерал назидательно вздымает палец, — никогда, ясно? Битва в полях — это ересь. Имперская пехота не занимается такой чушью. Вы, индюки-феодалы, всегда готовы грызть друг другу глотки. Если Короне требуется извести одного индюка, ей достаточно натравить другого. Никогда не приходится марать свои руки… то бишь, копья.

— Политика, политика… Династия преуспела в этом. И все же вернемся к вопросу: отчего вы угрюмы, сир Уильям?

— Вчера я ехал во главе парада, Ориджин. В задницу моей кобыле дышали четыре тысячи солдат. Сверкали во всем блеске, как ты выразился. Так вот, из этих четырех тысяч от силы две сотни когда-то бывали в настоящем бою. Знаешь, меня немного тревожит этот факт.

— Понимаю, — без тени сарказма кивает Эрвин и поднимает кубок. — Выпьем же за славное войско, созданное для парадов!..Кстати, если ничего не придумаете, через два хода вы проиграли.

— Вот же северный черт!

В землянке сыро, темно, пахнет плесенью, как в заброшенном погребе. Вход закрыт деревянным щитом, волк вряд ли сможет отодвинуть его и войти. Это хорошая новость. В щите прорезано квадратное окошко — единственное отверстие, впускающее в землянку свет. Днем света мало из-за облаков, ночью — и вовсе нет. Черная тьма сменяется серой тьмой. Можно считать сутки — было бы желание.

Лекарь сказал бы: перевязки нужно делать дважды в день — утром и вечером. Лекари любят привязываться к утрам и вечерам, Эрвин хорошо это знает со времен простуженного детства. Но утро и вечер потерялись из-за сумрака. Эрвин просыпается под звук воды: она журчит, когда дождь, и сочится капельками, когда дождя нет: клап-клап-клап. Он делает себе очередную перевязку. Свет почти и не нужен, кисточку и ветошь легко найти на ощупь, мази — различить по запаху. Рана на ощупь — такая же, как и была: огненно болезненная и скользкая от сукровицы. Кажется, края слегка припухли. Приходится раздвигать их пальцами, чтобы проникнуть кистью внутрь.

назадназад
1 ... 445 446 447 448 449 ... 680
впередвперед