— Да, Акчул, на этой кровати не только мы с тобой разместимся.
Я всё же не решился на продолжение именно такого разговора и поспешил увести свою жену в гостевую комнату, что напротив. Мебель ей понравилась, и ещё больше магические книги в книжных шкафах. Уж после сокровищницы в подвале богатства в здешних комнатах, соседних с рабочей, выглядели скромновато, но их всё равно было много. Пока мы ничего трогать и считать не стали, даже на большом круглом столе посередине, где всё так же лежали какие-то книги, свитки, свёртки и листы разного размера.
А вот участь бедного князя Илуэля, нашедшего свой конец в магической комнате, Аэлиту взволновала, чуть ли, не до слёз. Он эльф, и она эльфийка. Потом, мы с ней теперь всё же являлись как бы и наследниками покойного. Конечно, останки князя мы пока трогать не стали. Пролежал тут полсотни лет, пролежит и больше. Вот когда здесь у нас станет побольше народа, то тогда и похороним с почестями. И все богатства, что остались в этой комнате с давних времён, после сокровищницы нас уже не так особо и волновали. Хотя, тоже наше имущество, и часть артефактов и амулетов и золото с серебром мы прихватили с собой вниз. Луки со стрелами тоже. Чтобы лишний раз сюда не подниматься.
Сильно притягивали к себе и все бумаги покойного, но пока мы не решились их трогать. Они были напитаны и сильнейшей защитной магией, и лично я первоэльфийский выучил не до того уровня, чтобы можно было баловаться смертельной магией высокого уровня. Кстати, там имелись бумаги и на других языках, и не только на знакомых нам аталанском и магоцитском, но и неизвестных даже Аэлите. А что почитать, у нас с собой и так имелось, и несколько книжек по началам орхейской магии на североэльфийском мы притащили ещё из сокровищницы. Так что, нам было чем заниматься. Вообще-то, мы хотели и далее продолжить обследование замка, просто из-за состояния моего здоровья следовало не торопиться. Вот чуть позже, хотя бы через седмицу, я точно смог бы всё делать в полную силу. И любить Аэлиту тоже!
Да, неплохо погуляли мы с Аэлитой по княжеским покоям. И, наконец, на обратном пути остановились у описания земель, ага, карты. Интересно же посмотреть на прежний Орхей.
В этой большой комнате я был в конце месяца царя Юлиуса. И уже одиннадцатый день месяца Святого Януария, какого-то древнего тартарского святого. Ну, да, привык я жить по дниисчислению, что принято в Тартарии. Да и жрецы Единого тоже жили по нему. Хотя, от них всё и пошло. Уже и многие другие разумные придерживались такого порядка. А что, вполне понятно и удобно.