— Ты в крепости, Ланькай. Это мастер Вэнь. Генерал пригласил его лечить тебя.
Целитель закончил закреплять повязку и осторожно опустил её руку на покрывало. Гу протянул чашу с водой.
Над постелью темнели знакомые балки. У окна стояли склянки и небольшая жаровня, за неплотно закрытыми ставнями шуршал дождь.
— Долго я…
— Двое суток, — ответил наставник.
Ланькай посмотрела на него.
— Разлом закрылся?
Он помолчал, потом кивнул.
— Закрылся. Людей вывели.
Она откинулась на подушку. В памяти ещё стояли чёрные нити над трещиной и солдаты, которых переносили за каменную гряду. Вообще-то, Ланькай не собиралась жертвовать собой, но почему-то в тот момент не смогла поступить иначе.
Вэнь взял её за запястье. Из-под повязки выступали кончики пальцев, непривычно бледные и почти нечувствительные.
— Мои каналы? — спросила она.
— Два почти не проводят ци. Остальные тоже повреждены. Ядро уцелело, но сейчас пользоваться силой нельзя.
Ланькай поморщилась и попробовала согнуть пальцы. Большой послушался, остальные лишь дрогнули. Так глупо.
— Они восстановятся?
— Я смогу сказать больше, когда спадёт отёк. Пока будем восстанавливать течение постепенно. Самостоятельно проверять его не нужно.
Он поправил край повязки и поднялся.
— Я зайду вечером. Сейчас постарайтесь поспать.
Гу проводил его до двери. В коридоре целитель негромко попросил служанку принести горячую воду, затем послышался вопрос офицера о том, что передать генералу.
Ланькай лежала, глядя на свою руку.
Наставник вернулся и сел рядом.
— Духовный камень раскололся, — сказала она. — Другой опоры не осталось.
— Я знаю, что произошло.
— Если бы я отпустила, вы не успели бы перенести раненых.
Гу подвинул чашу ближе.
— Я понимаю, Ланькай.
Она отвернулась к окну.
— В следующий раз я…
Ланькай замолчала. Обещать, что отступит, не сумела бы, и наставник всё равно ей не поверил бы.
Гу дождался продолжения и, не услышав его, поправил одеяло.
***
Через несколько дней Ланькай уже выходила во двор. Вэнь приходил на осмотр, менял повязку и всякий раз напоминал, что пользоваться ци нельзя. Гулять и работать с бумагами он разрешил, сидеть без дела было бы совсем невыносимо.
Целитель оставался в крепости по распоряжению генерала. Вэнь восстанавливал духовные каналы даже тем, кому другие лекари не обещали выздоровления; Пэй Чжэн оплачивал его услуги и получал известия о лечении, что вызывало в Ланькай смешанные чувства.
Для приезжих мастеров отвели небольшой зал в гостевом крыле. Под потемневшими балками висели две простые лампы; вдоль стены стояли полки со свитками, возле двери тихо потрескивал уголь в жаровне. Гу и Ланькай заняли стол у окна, который вскоре почти скрылся под книгами и рисунками. В своей комнате Ланькай теперь только переодевалась и спала.