— О…так ты хоть подскажи, что именно нам нужно сказать, чтобы выдворили прямо сегодня, — засмеялся Юджин.

— Ничего смешного здесь не вижу, — отрезал Торм. — мы бы с удовольствием выпустили вас прямо сегодня на все четыре стороны. Но есть высокая вероятность, что вас тут же схватит разведка первовидца, и они в отличие от нас сюсюкаться с вами не будут.

— Знаешь, ваша тюрьма — это тоже не предел мечтаний.

— Это не тюрьма! Это специальный охраняемый объект для лиц, которым требуется обеспечить максимальную защиту и…

— Дружище, — вмешался Хороняка, — хватит уже изворачиваться. Как ни крути — это тюрьма. А в вашей защите мы не нуждаемся. Как-то раньше сами справлялись.

— Это в целях вашей же безопасности, — не отступал Торм.

— О нашей безопасности надо было думать, когда отправляли нас к деусам или деворарам. Но тогда об этом речи не шло — летите и все. Подохнут там — и ладно. А теперь ты посмотри… — Юджин усмехнулся и передразнил Торма, повторив его интонации: — «Обеспечить максимальную защиту», «в целях вашей же безопасности»… Таких добродетелей, как вы, и врагу не пожелаешь…

— Я устал с вами спорить, — вздохнул ТОрм.

— Ну тогда перейдем сразу к сути и, чтобы зря не тратить время, скажу сразу — ни хрена ты не добьешься, никто ничего тебе рассказывать не будет.

— Я здесь не для того, — ответил Торм.

— А для чего тогда? — нахмурился Юджин.

— Так случилось, что я вынужден сообщить вам плохую новость, — заявил Торм, опустив взгляд.

— Что еще за новость? — насторожился Юджин.

— Сегодня при попытке задержать Рико он оказал сопротивление и наши сотрудники, не имея иного выхода…в общем, он погиб.

— Как погиб? — опешил Юджин.

Хороняка тоже уставился на Торма немигающим взглядом.

— По большому счету это случайность. Нелепая случайность, — заявил Торм, — приказа стрелять на поражение не было. Наш оперативник использовал оружие, пытаясь ранить беглеца, но они сцепились, и Рико… В общем, рикошет прямо в сердце. Он скончался на месте до прибытия медиков…

— Да… Что за… — Юджин не мог ничего сказать и просто разевал рот, из которого вырывались незаконченные фразы.

— А клон-центр? — нашелся Хороняка. — У него ведь клон-чип и…

— Вы забыли? Вас ведь предупреждали, что в силу имеющихся у вас…эм…особенностей завести клонов ни у Юджина, ни у Рико больше возможности нет. Собственно, вы, Роберт, в таком же положении, но по другим причинам.

С Хоронякой все было понятно — он и так прожил слишком долго, прошел через множество процедур омоложения тела, завел себе клона, но слепок сознания сделал в таком возрасте и таком состоянии, что говорить об успешном переносе сознания в новое тело не приходилось. В конце концов, даже технология клонирования и «оживления» в новом теле имела один большой нюанс — если постоянно переносить разум человека — это приводит к его «износу», накоплению ошибок и увеличению шанса, что на очередном переносе в клон-тело превратишься в овощ, который не то что говорить, а даже хоть что-то понимать будет не в состоянии.