И мэтр достал откуда-то из-за спины небольшой свёрток, зашуршал бумагой. Какие запахи разлетелись во все стороны! Я непроизвольно проглотил заполнившую рот слюну, покосился на свёрток. В этот миг обо всём забыл. Какие ночники, какая разборка, о чём вообще может идти речь, если тут такие ароматы витают!
— А ты-то куда косишься, — заметил мой явный интерес библиотекарь. Пьяный-пьяный, а всё замечает! — Что, оголодал совсем?
Ничего ему не ответил. Да и не мог ответить из-за обильно выделявшейся слюны.
— Ладно, угощайся, — смилостивился надо мной добрый старикан и пододвинул распотрошённый свёрток. — Давай, давай, налегай, не стесняйся.
— Ага, не стесняйся, — подхватил комендант. И тут же добавил с издёвкой в голосе, скотина этакая. — Но и не увлекайся! А то давай я тебе сам кусочек поменьше выберу?
— Отстань от парня, старый! — шикнул на друга мэтр. И ещё немного пододвинул в мою сторону свёрток. — Налегай, малой!
Ну я и не стал отказываться.
Как же это вкусно! Жареная свежая рыбка, такой же свежеиспечённый хлеб, овощи, вкус которых я уже успел подзабыть…
Даже глаза от наслаждения прищурил… И тут же опомнился, потому что сразу внимание на сканер обратил. Нет, жевать не прекратил и куска рыбы из рук не выпустил, но и за происходящим в общаге внимательно наблюдал.
Вот мои защитники в общагу вошли, вот к комнате подобрались… На сканере всё это прекрасно видно.
И тишина…
И снова тишина. Тянется и тянется. И ни одного звука в ночи. Даже ветерок куда-то пропал, затих, словно испугался и перестал листьями шуршать.
Полыхнула огненной вспышкой комната изнутри, даже снаружи на какой-то краткий миг светло стало! Горестно застонал комендант…
И тут же брызнуло серебряным стеклянным дождём выбитое окно, в вихре дыма и сверкающих осколков наружу вылетело чьё-то бесформенное тело, со смачным чавком шмякнулось о землю и застыло там кучей обгорелого тряпья, источая вверх тонкие струйки дыма.
Тут же комната озарилась ещё одной огненной вспышкой, яркие протуберанцы вылетели из выбитого оконного проёма, взметнулись вверх и медленно растаяли в ночи.
Тут уж комендант не выдержал, вскочил и рванулся вперёд. Мы даже не успели среагировать на его рывок. Да и проморгали, если честно, потому что глаз не сводили с разворачивающегося перед нами действа.
— Ты куда, дурень! — запоздало дёрнулся остановить коменданта библиотекарь.
Само собой, не успел, зашипел что-то неразборчивое и тоже начал подниматься. И замер.
Под окном зашевелилась та самая обгорелая куча тряпья, медленно привела себя в вертикальное положение и так же медленно побрела ко входу в общагу.