- Думаю, ты издеваешься,

- я прерывисто вздыхаю. - И делаешь это с

удовольствием.

- Нравишься ты мне, снегурочка, - улыбается он чуть шире. - Реакции у тебя прикольные. Его дыхание касается моих губ.

Горячее. Щекочущее. Пахнет чем-то терпким, чуть сладким, и это сводит с ума. Я чувствую, как ладони вспотели, хотя в доме не жарко. В груди поднимается какая-то странная волна, смесь страха, смущения и чего-то ещё. От чего хочется одновременно убежать и остаться. Я готова провалиться сквозь пол в самое пекло ада, но только бы спрятаться от этого взгляда. Я задыхаюсь. Пытаюсь сглотнуть, но рот пересох.

- Ты обещал..

. - цепляюсь за прежнюю тему, как за спасательный круг утопающий. Рассказать про проклятие.

А ты уверена, что хочешь это слышать? - его взгляд немного темнеет, но Эмиль не отступает, ни шага не делает. Я уже в доме. Проклятие слегка касается уже и меня, кажется. Я имею право на инструктаж Эмиль смеётся, тихонько совсем чуть-чуть, низко, так, что у меня по спине снова бегут мурашки.- Хорошо, - сдаётся он наконец. - Слушай, снегурочка.

Эмиль наклоняется ещё чуть ближе, буквально краешком губ касаясь моего виска, хотя, возможно, это просто ощущение.

Голос мужчины становится ниже, бархатнее. Я сосредотачиваюсь на его голосе. Я безумно хочу знать, что это за дом такой.

Все наши друзья называют этот дом - «Дома порока», - шепчет мужчина. Прекрасное название, - выдыхаю. - Уже успокаивает.

Потому что... Ходит легенда, что на этом доме висит неснимаемое проклятие. Кто проводит здесь новогоднюю ночь... Не может уехать отсюда, пока достаточно хорошо не повеселится. В смысле?

В смысле, пока не потрахается так, что ноги будут подкашиваться. Тогда дом отпускает. У меня реально перехватывает дыхание. Что он несёт? Это какой-то бред. Такого не бывает. Это ерунда какая-то. Я думала тут привидения, призраки пожирающие мозги. А он просто издевается надо мной.

Ты... - я моргаю. - Ты придурок.

Возможно, - беззлобно отвечает Эмиль. - Но статистика пока за этой легендой. Все, кто встречал тут Новый год, - уходили отсюда уже не в одиночку. И явно не с ясной головой. Я вцепляюсь пальцами в край островка так, что костяшки ныть начинают. Сердце грохочет. То есть он не шутит?

- Это... - голос срывается. - Это ты сейчас пытаешься меня напугать или.. Подвести к мысли, что я должна…

- Я ни к чему тебя не подводил, - Эмиль ухмыляется. - Я просто рассказал историю. Вдруг ты из тех, кто любит легенды.

Я смотрю на него в упор. Внутри одновременно всё стынет и закипает. Эмиль отталкивается от столешницы, делает шаг назад, освобождая меня. Я, не веря, что могу снова дышать, втягиваю воздух полной грудью. Колени дрожат так, будто я пробежала марафон сто километров.