Тот пункт, о котором говорила Саша, нашёлся ближе к концу. После чего меня прошиб холодный пот. Отношения между Скандским Королевством и Российской Империей хоть и потеплели за последнее десятилетие, но, к большому моему сожалению, оставляли желать сильно лучшего. У России и так с Европейским Протекторатом[65] были натянутые отношения, но со Скандией, нашим ближайшим северным соседом, они были ещё хуже.

Я сосредоточился и определил сколько сейчас времени. Было без десяти девять. «Ещё не поздно», — подумал я, и послал Зов Андрею Никифоровичу.

Он отозвался почти сразу. Я извинился за то, что его побеспокоил, и спросил, передал ли он моё прошение во дворец.

Андрей Никифорович радостным голосом заверил меня, что он не просто передал его, а вручил его Императрице лично в руки. И теперь, буквально завтра-послезавтра, я обязательно стану князем.

«Хуже некуда», — подумал я про себя, но всё же в самых учтивых выражениях поблагодарил Андрея Никифоровича за заботу и старание.

Когда все легли спать, я заснуть так и не смог. Лежал в кровати и думал, что же мне теперь делать. Настроение у меня было совершенно паршивым, все радужные перспективы, которые я себе в уме нарисовал, разбились о гранитные скалы реальности.

Я не сомневался что мне не дадут разрешения на брак с Иллири Скандской. Получалось, или я становлюсь князем, или женюсь на любимой девушке. Эта дилемма разрывала меня напополам. Я думал, и так, и этак, пытался найти какое-то другое решение. Но тщетно. В конце концов мне вспомнилось письмо отца. Я тихо встал, взял его, пошел на кухню и перечитал ещё раз. После этого я уже не сомневался, как мне поступить.

Конечно, отцовский титул был для меня очень важен, это была связь с ним, та связь, которой у меня никогда не было. Но я прожил без титула шестнадцать лет, и в общем, нисколько без него не страдал. И раз уж обстоятельства складываются так, что мне его не носить, что ж нет смысла плакать по тому, чего я на самом деле и не имел.

Единственная трудность была в том, как сказать об этом Императрице. Она конечно обидится, и может быть даже заключит меня под стражу. Хотя, это конечно вряд ли, отказаться от титула вовсе не преступление. Но если подумать, то женившись на принцессе Иллири, я всё равно вызову большое неудовольствие Двора. Тут, куда ни кинь, всё одно кого-нибудь да обидишь. Так что нет смысла и переживать из-за этого.

С этими мыслями я вернулся в кровать и заснул.

Утром мне прислали депешу с фельдегерем. В ней мне предписывалось к одиннадцати часам прибыть в Императорский Дворец. Я перечитал её ещё раз, вздохнул и стал собираться. Я осмотрел свой костюм, он был как новый, но я всё же прошелся по нему чистящим заклинанием. Потом я послал Зов Саше. Конечно, это немного глупо разговаривать телепатией с человеком, стоящим в двух шагах от тебя, но то, что я собрался ей сказать, не должен был услышать никто.