— Отчасти. Тяжело видеть, как ей приходится бороться. У всех нас инстинкт — попытаться все исправить.
— Но вы не можете.
Беккет повернулся на бок. Наши ступни почти соприкоснулись в углу дивана.
— Нет, не можем. Думаю, ее душит то, что мы пытаемся.
— Я знаю, каково это.
Беккет замер.
— Я заставляю тебя чувствовать себя так?
— Нет.
Это была простая правда.
— Рядом с тобой я чувствую… — Я попыталась подобрать нужные слова. — Что меня принимают. Но при этом ты не даешь мне прятаться. Ты веришь, что я способна на большее, чем думают остальные.
— Ты способна на все.
Мои губы дрогнули.
— Ты правда в это веришь, да?
Синеву глаз Беккета в полумраке почти нельзя было различить, но его взгляд удерживал меня на месте.
— Адди, ты прошла через ад и выбралась на другую сторону. Ты сражаешься за все, чего хочешь, даже когда это кажется невозможным. Я ни секунды не сомневаюсь, что ты справишься со всем, за что возьмешься. И я просто рад, что ты позволяешь мне быть рядом на этом пути.

Я высыпала сыр в яичницу-болтунью и перемешала. Я уже не помнила, когда в последний раз чувствовала в теле такой трепет энергии. Даже вид заколоченного окна и обгоревшего пола, который встретил меня утром внизу, не смог его погасить.
Я спала лучше, чем когда-либо прежде, и надеялась, что Беккет тоже. Он все еще тихо похрапывал, когда солнечные лучи вытащили меня из сна. Я сняла яйца с плиты и разделила их между двумя тортильями. Добавила бекон, черную фасоль и немного пико-де-гайо.
Грандиозные походы Беккета по магазинам позволили мне чуть смелее экспериментировать на кухне. Когда я жила с отцом, он требовал одни и те же десять блюд снова и снова. Теперь я наконец могла расправить кулинарные крылья.
Сегодня это были буррито на завтрак. Я увидела рецепт в библиотечной книге, которую брала почитать, и с тех пор хотела их попробовать. Я попыталась завернуть их так, как было показано в книге, но до мастера мне было далеко.
— Что ты готовишь? И, пожалуйста, скажи, что мне тоже достанется.
Я улыбнулась, глядя на тарелки.
— Буррито на завтрак.
Беккет подошел сзади и заглянул мне через плечо.
— Ты ведь настоящий ангел с небес?
— Я бы на твоем месте сначала попробовала. Я никогда раньше их не готовила.
Я отнесла тарелки в кухонный уголок и поставила на стол.
— Все, что ты готовишь, вкусно.
Он налил себе чашку кофе и присоединился ко мне за столом.
— Спасибо.
От его похвалы по мне разлилось тепло. Когда я готовила для отца и его работников на ранчо, добрых слов я никогда не слышала. Лучшее, на что можно было надеяться, — невнятное одобрительное мычание.